Гвидово поле. Хроники Паэтты. Книга V

Однажды он даже возглавил отряд в восемь сотен мечей, который Давин отправил в помощь лорду домена Бейдина, который также имел проблемы с Чести Диввилионом.

В это время Солейн и Увилл, казалось, несколько отдалились друг от друга. Они всё также радовались каждой случайной встрече, которые, правда, случались теперь куда реже. Увилл всё так же видел в подрастающей Солли ту самую малютку, а потому и вёл себя с ней соответственно. Она же, в свою очередь, уже считала себя взрослой, поэтому с досадой относилась к подобным проявлениям.

И вот, развившись уже во вполне взрослую девушку, Солейн стала испытывать к Увиллу новые чувства. Детское благоговение переросло в нечто большее. Естественно, Солли знала, что Увилл не является её родным братом, хотя до недавних пор не придавала этому факту никакого значения, ведь они росли вместе с самого детства. Теперь же вдруг это стало для неё чрезвычайно важно.

Увилл был хорош собой. С возрастом он стал всё больше внимания уделять внешности, ухаживая за волосами, достаточно регулярно принимая ванну.

Как только у него стали расти волосы на лице, он отпустил небольшую бородку, которая придала какой-то строгости его лицу и добавила привлекательности. Не говоря уж о харизме, о которой мы упоминали много раз, и которая проявлялась всё больше по мере его взросления.

И вот сердце Солейн, которая была лишена возможности общаться со знатными мальчиками своего возраста, выбрало для себя объект первой девичей любви. Долгое время Солли стеснялась этого выбора, ведь в разговорах она ещё продолжала называть его братом, а потому вспыхнувшее чувство казалось ей чем-то постыдным и греховным.

С этого времени она начала избегать встреч с Увиллом, замыкаться в те редкие моменты, когда они оказывались наедине и он пытался затеять какой-либо разговор. Всё это происходило зимой, когда Увилл практически безвылазно находился в замке, а потому через какое-то время даже столь самовлюблённый человек как он, заметил неладное.

Дело было ранней весной, и Солейн было уже почти пятнадцать. Из девочки с необычайно худенькими ручками и ножками она превратилась в девушку, чьи формы с каждым днём приобретали всё больше женственности. Она была вполне красива той свежей красотой, которую дарует ранняя юность.

До сих пор Увилл не слишком-то интересовался противоположным полом, сводя дело к коротким интрижкам с несколькими дочками тех вассалов, что проживали в самом Танне.