Алфавит

Он везде есть.

– И здесь? В этой комнате? – на всякий случай уточнил следователь, начиная подозревать обвиняемого в слабоумии.

– Конечно, – кивнул Степанов. – Я же говорю – везде.

– И ты хочешь сказать, что сделал такой генератор, который работает на этом твоём эфире и вырабатывает электричество? – попытался расставить все точки над «и» следователь.

– Сделал, – кивнул обвиняемый. – Он, правда, маломощный получился, но это потому, что котла подходящего не нашёл. Пришлось из скороварки мудрить. Вот, думаю, осенью кабанчика своего продам и куплю котёл нормальный.

– Я правильно тебя понял? Генератор свой ты из скороварки сделал, и он без бензина даёт электричество? – на всякий случай уточнил следователь и рядом со словом «эфир» написал на листке слово «скороварка».

– Всё верно, гражданин следователь, – кивнул обвиняемый.

– А скажи мне, Степанов, – поднял глаза на обвиняемого Хлынов, – какое у тебя образование?

– Образование? – не понял обвиняемый.

– Учился ты где? – начал выходить из себя следователь.

– Да как все, – забегал глазами Степанов. – В школе учился.

– То есть среднее. Десять классов? – уточнил следователь.

– Не. У нас в деревне только восьмилетка.

– Значит, ты, закончивший восемь классов, сделал супер-пупер-генератор, который работает от воздуха, в то время как учёные всего мира до такого не додумались? – язвительно спросил Хлынов, надеясь на то, что обвиняемый сам признает бредовость этого утверждения.

– Я, гражданин следователь, не знаю, чего там учёные думают. Мы институтов не кончали, и думать нам некогда. Работаем от светладцати до темнадцати, чтобы было что пожрать. И нам, и учёным. Я просто взял и сделал. Чтоб за электричество не платить. Чтоб хоть немножко полегче было, – вздохнул обвиняемый.

– Может, ты мне ещё скажешь, что у тебя трактор на воде работает? – устало спросил Хлынов.

– Это вам Семёныч проболтался? – упавшим голосом спросил Степанов.

– Какой Семёныч? – не понял Хлынов.

–Ну, Раков, – пояснил Степанов. – Как знал, не надо было ему рассказывать. Так от него разве отвяжешься? Пристал, как банный лист к заднице. «Почему на заправку не ездишь?»

– Стоп! – стукнул кулаком по столу следователь. – У тебя что, трактор на воде ездит?

– Ездит, – упавшим голосом подтвердил обвиняемый. – А как по-другому? Сейчас солярка дороже молока.

– Как? – непонимающе затряс головой Хлынов.