Конспекты на дорогах к пьедесталу. Книга 2. Колхоз

17

Утро второго сентября разлилось по Малаховке тишиной и мягким светом. Грозные тучи унесло ветром далеко на юг, а с севера дул лёгкий ветерок, и небо было ясным. По дороге в столовую Николина посмотрела в холле на часы: вчера условились встретиться в девять. Десять лишних минут позволили взять у стойки завтрак, сесть за облюбованный столик у окна и запить водой необходимую таблетку. Тётя Катя подошла к девушке с чаем и присела рядом.

– А мои-то девицы и впрямь настроены идти к вашему Бережкову, – сказала она жалобно.

– Бережному. Да? Зачем? – думая о вчерашней теплой встрече с Малыгиным, девушка улыбнулась. Тётя Катя нахмурилась:

– Зачем-зачем? В колхоз, кобылы, собрались. И чего они там не видали? – главная повариха, сегодня не такая добрая, чем накануне, то и дело поглаживала голени, кряхтела. – Зараза, так крутит вены, так крутит – мочи нет. – Со студенткой она говорила тихо и беззлобно, то и дело оглядываясь на стойку раздачи.

– Так разве в колхоз едут что-то посмотреть, Екатерина Егоровна? Марине и Любе в коллектив надо.

Им там здорово будет.

Тётя Катя снова покачала головой:

– Так-то оно так… Токо мне тут одной оставаться несподручно. Хоть бы и меня тогда уж забрали.

Женщина говорила о колхозе, как о призыве в армию: обречённо и на выдохе. В двери появились Малыгин и Андронов и тут же попросили к омлету ячневой каши, отодвинутой минутой ранее. И кофе с молоком. И даже булок.

– Спал как никогда, – признался Малыгин. – Может, мне всё-таки в общагу попроситься?

– Давай! – кивнул Игнат неопределённо, посмотрев на часы и напомнив об электричке.

После завтрака они с Леной проводили Малыгина до станции, прошлись по магазинам и рыночным рядам, и, без сапог, побрели обратно в институт. Под их ногами тихо шуршали листья, сорванные ночью ветром. Андронов наступал в самую гущу сложенных кучек. Николина игриво ворошила их ногами, глубоко вдыхая запахи остывших за ночь земли и терпкой, с дымком, коры деревьев, сплетающихся в непередаваемый аромат сентября.

Она с упоением смотрела в небо, тут синее, низкое, там голубое, высокое, пронизанное солнцем. И даже далёкие тучи на юге не пугали. Ей хотелось поскорее бежать, ехать, лететь туда, где уже были все. Ах, как сейчас Николина понимала Марину и Любу, рвавшихся на волю полей, в компанию студентов. Она принимала листья с улыбкой и складывала в букет, внимательно слушая историю Андронова. Но чем больше слушала, тем меньше улыбалась.