Признанию взамен

В принципе, своим присутствием мужчина никого особо не отягощал: исчезал рано, появлялся поздно, дома ел крайне редко, но деньги на питание и коммунальные услуги подкидывал. Во всяком случае так было до сего времени.

Сбежав с кухни и закурив на террасе, Колобродин глядел на двор соседей, рассуждая, как у них сложится теперь. Так как дом Новиковых был поднят от земли намного выше, весь соседский двор просматривался, как на ладони даже через забор высотой в три метра. «Ане и Сергею тоже, как ни крути, нужна отельная спаленка.

Да и дочка у них – почти невеста. Небось школу закончила или недалёко от того», – потягивал мужчина дым, не торопясь, в удовольствие. Всех членов соседской семьи он успел спокойно рассмотреть, пока те утром разгружали машину. Ответы на свои вопросы Пётр Иванович надеялся получить вечером в Доме культуры. Дверь открылась, и на пороге появилась Людмила, одетая в плащ, сапоги и с сумкой в руках, из которой торчал зонтик. Не заметив родственника, женщина быстро спустилась со ступенек и пошла к воротам. Пётр мог спокойно следить за ней, оставаясь в глубине террасы. Вот Людмила, прежде чем выйти, осторожно выглянула на улицу, увидела незнакомую машину и медленно пошла к ней. Приблизилась, обошла с одной стороны, заглянула вовнутрь. Осмотрела номера, и, испугавшись чего-то, быстро двинула по дороге, ведущей из посёлка в сторону Купавны. «Интере-е-е-сно, куда это Люся направилась, да ещё и пешком? – усмехнулся Колобродин. Обычно по любому поводу бабы вызванивали такси.  – Ну и ладно, пусть побесится. Может похудеет», – затушил он сигарету, рассуждая с плохо скрываемым сарказмом. Настоящих причин недолюбливать Людмилу у Петра не было. Вот только считал он, что баба в любом возрасте должна оставаться женственной и желанной. А Людмила обходилась минимумом, да и то, казалось, только для того чтобы не сказали, что на себя ей наплевать. Парикмахер, бесталанный, судя по незамысловатой длинной мочалке, стянутой в хвост, составлял, пожалуй, единственную колонку персональных интересов и личной занятости. Остальные дела были домашнего порядка. Отправившись с пепельницей к мусорному ящику вне дома, не увидел Пётр Иванович того, как, отойдя от чужой машины, Людмила достала телефон.

Вообще-то беспокоить мужа без очевидной причины супруга не то, что не должна была, не имела права. Да и связь в бункер, где работали программисты и аналитики, извне не проходила.