Признанию взамен

Едва сдерживая себя, чтобы прилюдно не броситься целовать женщину, которую, он это сразу понял, ждал столько лет, Александр шёпотом предложил уехать. «Да-х», – получилось с придыханием и приговорённам. Согласие обожгло обоих. Прощаясь с одноклассницами, Новиков, откупаясь за то, что увозит Анну с собой, щедро заплатил за весь стол, удивив многих. Всем было сказано, что он подвезёт соседку по дороге домой, но уже тогда одна половина одноклассниц заключила пари с другой по поводу настоящих намерений «их гиганта мысли».

Выиграли те, что утверждали, что «попал Саня крепко». Впрочем, крепко и на две недели попали тогда оба возлюбленных.

8

Бурный роман Новиков и Белецкая даже не скрывали. Родным Александр сразу заявил, что переезжает на московскую квартиру в Измайлово. Жену с девочками, конечно же, не бросит, да и мать с дядькой по-прежнему могут рассчитывать на поддержку – денег обеспечить каждого ему хватит. Людмила ни просить, ни умолять мужа ни о чём не стала, слёзы ему свои не показывала, но от переживаний заострилась лицом, стала спешно убавлять в весе, пока вовсе не слегла.

Врач, приехавший однажды по срочному вызову, констатировал сильное моральное и физическое истощение и настоял на госпитализации. Нужно было выбирать – растить девчонок или миловаться. Дети перевесили.

– Однажды они подрастут и тогда… А сейчас, Аня, прости. Если с Новиковой что-то случится, дочери и мать меня проклянут. Да и сам я себе этого не прощу, – попросил Новиков, как пощады.

Анна выслушала молча и через день уехала в Приднестровье. Позже, когда Новиков попытался узнать у Тамары Ивановны, где она, нарвался на неприятный ответ. «Не твоё дело. И вообще, иди-ка ты, Сашенька, куда шёл. Мало того, что с Валей нас рассорил, так и детей не пожалел: ведь учатся в одной школе. Димке нашему и без тебя за отца пришлось хлебнуть. Так теперь его сверстники ещё и за беспутную мать клюют. Вы побаловались-полюбовались и разошлись. Только, тебе дома обрадовались, едва порог переступил, а ей с Сергеем просто так не объясниться».

Уже в машине, Александр, как плёнку перекручивал этот ответ. То, что мать соседки назвала его так, как звала её дочь, полосонуло по сердцу, заставив задохнуться от нежности и одновременного горя: ни мать, ни жена, ни вообще кто другой не могли позвать так ласково, как это выходило у Анны. Тут же Александр поймал себя на мысли, что про своих женщин он вообще мало что знает.