Признанию взамен

Показывая красивую малышку, Людмила уверяла, что «дети родятся от любви». Вот только в любовь мужа она никогда не верила. «Нельзя так любить, чтобы ни разу в жизни в этом не признаться», – мирилась женщина с действительностью. «Да-да», – рассеянно ответил Александр и остался таким надолго. Когда кто-то из соседей сказал ему, что в семействе Белецких тоже родился ребёнок, Новиков совсем ушёл в работу. Только здесь он отдыхал и от пытливых разглядываний жены при встрече, и осудительных вздохов матери при прощании, не вздрагивал, задумавшись, от откровенной ухмылки Вероники, не ощущал вины при опущенных веках Инги.

Старшая из дочерей отчётливо ощущала ту недосказанность, что появилась с января двухтысячного между отцом и матерью, матерью и бабушкой, бабушкой и ею. А когда, едва закончив школу, Инга сообщила, что беременна и выходит замуж, родители поняли – вот она расплата за то, что их жизнь – сплошная пародия на хорошую и дружную семью. Взрослые крутились вокруг Машеньки, оставив старших девочек один на один со своими интересами и проблемами.

Когда Инга выходила замуж, средней сестре исполнилось уже шестнадцать; пора первых открытий в отношениях. Искромётная в словах, взглядах, поступках, Вероника дома не задерживалась, постоянно была в движении, как ртутный шарик. Решение Инги выйти замуж осудила. Избранника Илью, парня красивого, даже слишком броского, обозвала обидным именем Кен.

– Он ведь любуется собою в каждой витрине. Не замечала? – спросила Вероника после первого знакомства с Ильёй.

– Пусть любуется. Красота с годами проходит, а любовь остаётся. Я знаю, что Илюша любит меня. А судить человека за то, что он родился красивым, не стоит.

– А за то, что он нигде не хочет учиться, как – стоит? – вступала и бабушка, ей тоже будущий родственник казался жестяной банкой из-под кока-колы: красной, но пустой.

– Нам всего только по восемнадцать, бабушка, – напомнила Инга.

– Вот именно, – вздыхала мать. В скором решении дочери выйти замуж и родить она тоже чувствовала свою вину: за решением личных проблем одну дочь упустила.

– Теперь за Вероникой нужно смотреть в оба, – сказала Людмила как-то мужу.

– Смотри, – ответил Александр, давая понять, что ничем помочь семье не может. Впрочем, бросать Ингу на произвол он не позволил бы себе никогда. Как бы ни складывались отношения с женой, дети – это часть его, а всё своё Новиков тщательно хранил. Эту бережность к тому, что досталось или заработалось, Александр унаследовал от матери.