Нехорошая академия 2

Однако Отис успел меня опередить. Едва направилась на поиски моего метаморфа, как встретила его входящим в гостиную.

– Я как раз собиралась идти тебя искать, – радостно улыбнулась и почти подбежала к парню.

– Тоже рад тебя видеть, – Отис придержал меня, стремящуюся обнять мужа, и выразительно показал глазами на диван, где сидели трое девчонок, с интересом рассматривающих нашу пару.

Вздохнула и смирилась.

– Жень, слышала о вечеринке? – спросил Отис, устроившись на диване в другом конце гостиной.

– Зильга рассказала, – подтвердила я.

– Вся академия гудит, – улыбнулся в ответ метаморф.

Меня к нему тянуло с невероятной силой, хотелось хоть подушечками пальцев дотронуться до его губ, дарящих обаятельную улыбку. Кажется, по взгляду парень понял, что творится со мной, и накрыл ладонью мои руки, сжатые на коленях.

– Женя, вечером будем только ты и я, – едва слышно прошептал парень, с намеком в голосе.

От воспоминаний и предвкушения, что может произойти сегодня между нами, сердце сладко замерло, а затем сильно застучало, щеки заметно потеплели.

Глаза опустила, чтобы не выдать охвативших меня чувств. Метаморф слегка сжал мои руки.

– Я зайду за тобой, – шепнул Отис и быстро поднялся.

Когда вставал с дивана, парень нагнулся чуть сильнее и дотронулся губами виска. Получилось едва весомое касание, незаметное со стороны, а меня обдало жаром. Мой муж прекрасно понял мысли и чувства, испытываемые в его присутствии.

Оставшись одна, некоторое время сидела и пыталась вернуть себе спокойствие. На губах играла глупая улыбка, я буквально плавилась от счастья, позабыв на время трудности и проблемы нашего брака. Главное мы теперь можем быть много времени вместе, а на вечеринке потанцевать и пообщаться. Близко.

– Курс? – грозно спросили из-за массивной, деревянной двери.

Голос был недовольный и хриплый, и вообще узкое помещение внушало если не ужас, то отвращение. Скорее ужасное отвращение.

Низкий потолок в длинном проходе неожиданно закончился преградой в виде двери и недовольного мужского голоса. Каменные полы, казалось, не мыли и не подметали с воскресенья господня, или, как тут говорят, со дня сотворения мира. Хотя в пику моим предположениям сбоку от двери стояло ведро, и даже ветхая тряпка свешивалась через бортик. Гнилостный запах пропавшей и давно не менянной воды подсказывал, что в емкости жидкость все же была.