Любовная Любовь

Красавицей, милашкой, принцессой и прочей банальщиной – да, а вот Снегурочкой…

– Я ведь живая, настоящая, – сказала я тихо, всё ещё находясь от Стаса на расстоянии поцелуя.

Этими словами я хотела ему намекнуть, что не стоит играть с моими чувствами и дарить мне призрачную надежду на красивую и светлую любовь.

Он не успел как-то отреагировать, потому что мы услышали, как на крыльце клуба зашумели люди. Оказалось, что часть гостей собиралась ехать в Заозёрск в кафе, поскольку время аренды Дома культуры закончилось.

– Разве Золушка не может отпроситься у своей крёстной феи ещё на пару часиков? Смотри, карета ещё не превратилась в тыкву, – Стас кивнул в сторону десятки Завранского.

– А мне кажется, что это тыква ещё не превратилась в карету. Опасная заварушка, конечно. Но я, пожалуй, рискну.

Придя домой, я позвала маму на разговор. Мне хотелось поделиться с ней своей радостью от нового знакомства, но я понимала, что это сродни чистосердечному признанию преступника-рецидивиста, которому грозит пожизненное лишение свободы.

– Мама, праздник продолжается. Там очень здорово! Разреши мне сходить ещё на час, пожалуйста. Ну, пожалуйста! Мне правда очень хочется пойти, – я буквально умоляла.

К моему удивлению, мама согласилась, но всем своим видом показала, что эта идея вовсе ей не нравится. Конечно, мне пришлось соврать, что праздник продолжается в Доме культуры.

Боясь, что тыквенная компания меня не дождётся, я неслась со всех ног и перешла на быструю ходьбу лишь тогда, когда увидела разрывающуюся от смеха и громкой музыки машину пухляша. Открыв заднюю дверь, я поняла, что для меня совсем нет места. Стас с ехидной улыбкой похлопал себя по коленям, приглашая меня расположить свою молоденькую попку на его квадратных бёдрах. Естественно, так лихо и сумашедше я ещё не каталась. Подъехав к Заозёрскому кафе «Ветхая избушка», шумная компания с хохотом выкатилась из автомобиля.

Мы ни о чём не разговаривали. Рты наши были заняты друг другом. Целовались мы так, словно в результате этих поцелуев должен был остаться лишь один из нас, так как он попросту бы съел другого. Подсознательно я понимала, к чему эта страсть должна была привести в тот вечер.