Крылатая рать

Саше удалось сохранить невозмутимость, единственное, что его могло выдать, так это то, что он задержал взгляд на кольце слишком долгое время и потом слишком пристально взглянул в глаза Рэну, который тут же отвел растерянный взгляд.

Вдруг девушка кинулась к Евжени и попыталась сорвать с нее маску. Но Евжени удалось схватить девушку за руки, и маска осталась на месте. Подоспевший к ней на помощь Риксандр, отстранив незнакомку от сестры, обхватил ее бережно за плечи и отвел в сторону.

– По-моему, она не совсем в порядке, – Евжени опустилась в кресло, рядом с которым стояла.

 – Она, случайно, не ударялась головой?

– Не заметил, – засмеялся Рэн. – Думаю, это произошло гораздо раньше. Может, она с рождения копытом стукнутая – а то чего бы ей лезть под лошадь.

– Не вижу повода для веселья, – сухо оборвала Евжени. – И вообще, зачем Вы привезли ее к нам?

– А было бы лучше, если бы я отвез ее к себе, в холостяцкую квартиру? Или надо было оставить ее там, где нашел? В таком состоянии?

Евжени пожала плечами.

Вошла Ла. Она принесла на подносе маленький стаканчик с лекарством и предложила девушке его выпить. Девушка кивнула и взяла стакан, но другой рукой потянулась к маленькой маске Ла: «Сними это! Добрым людям незачем прятать лицо».

А потом вдруг, когда Ла ушла, чтобы приготовить для неожиданной гостьи комнату, девушка уткнулась в плечо Риксандра и зарыдала. Она плакала и говорила, что ничего не помнит, что ей кажется все таким странным, что ей страшно. Наконец, лекарство подействовало и она, жалобно всхлипнув, позволила Риксандру отвести себя в приготовленную для нее комнату.

Евжени позвонила и попросила подать чай. Нада кивнула и ушла на кухню.

Без маски Рэн чувствовал себя неловко, будто стоит здесь перед всеми полностью обнаженным. Он понимал, что Дэн Арилье и Риксандр Шапо должны были бы чувствовать себя не более комфортно. Но он не заметил на их лицах и тени смущения. Видно было, что эти люди умели лучше скрывать свои эмоции.

Рэн же совсем не умел притворяться, ведь ему не часто приходилось прятать свои чувства – за него это делала маска, которую он носил, как и все жители Терры, с раннего детства. На миг Рэна ужалила мысль, что, возможно, эти люди так искусно скрывают эмоции потому, что не привыкли носить маски. Но он быстро отогнал от себя это нелепое предположение: такого просто не могло быть, потому что невозможно, чтобы такое было! Рэн даже покраснел от стыда за подобные мысли.