Твоя жизнь в моих руках

Когда-нибудь, может, я и смогу взбить молоко лапками до состояния сметаны, но пока сумма, которую я заняла у местного авторитета, оставалась для меня почти недосягаемой. И я тонула, захлёбываясь. Но всё же расплачиваться с ним своим телом, как он того хотел, не планировала.

Уж лучше сдохнуть.

От страха подкатывала дурнота. Желудок был пуст, но тошнота всё равно подступала к горлу.

И я совершила ошибку. Первую за этот вечер. Сделала глоток. Потом другой.

Голова гудит. Открывать веки и возвращаться в реальность не хочется.

Моя жизнь куда больше похожа на ад. И пока никто не будит, а будильник не звенит, я забралась глубже под одеяло.

Постельное белье мягкое. Матрас. Настоящий матрас. А не та кушетка, на которой я сплю. Жёсткая. Неудобная. Обняла крепче подушку, вдыхая аромат кондиционера и тонкий, незнакомый запах.

Вдохнула его поглубже, прислушиваясь к себе. Нахмурилась. Мужской одеколон.

Отрезвление пришло почти мгновенно.

Резко поднялась на постели, оглядываясь и не понимая, где нахожусь.

Голова загудела, но даже так мне стало ясно. Это не та лачуга, в которой я живу.

Потянулась к прикроватной тумбочке, обнаружив буклет самого дорогого отеля в городе.

О боже мой. Что я тут делаю? Меня привели сюда как проститутку? Как девочку по вызову?

Заглянула под одеяло. На мне даже трусиков нет. Белых, простых, хлопковых. С узором в ромашку. Совсем не эротичных.

Ледяной страх окатил тело.

В комнате никого. Моё платье валяется на полу. Как я теперь его верну? Стразы, которыми ещё вечером оно было усыпано, отклеились и мерцали в утренних лучах.

Кровь. Если у меня был секс, которого я совсем не помнила, то на постельном белье должны остаться следы полового акта. Но обнаружила лишь абсолютно чистую простыню.

Но ведь секс бывает не только в постели…

Сердце так громко стучало, что уши закладывало.

Замоталась в тяжёлое одеяло, намереваясь понять, что я здесь делала ночью. Голая.

Между бёдрами влажно. Запустила руку к промежности, натыкаясь на явные признаки недавнего возбуждения.

Стало лишь хуже. Улика номер один в пользу секса. И против меня.

Боже, неужели Лида подложила меня под Крестовского? Того, кому я должна.

Надо уходить отсюда. Как я буду дальше жить с таким позором в нашем маленьком посёлке, где все всё друг о друге знают? Меня же будут все считать шлюхой. А он не из тех, кто скрывает связи. Раструбит о том, что спал со мной, на каждом углу. Не отмоюсь никогда в жизни.