Разрушу твою жизнь

Да и с чего я взяла, что Шамиль захочет помочь?

– А то что, что ты мне сделаешь? По тебе же видно, что ты шлюха, пришедшая найти себе папика. Хочешь, сегодня я буду твоим папиком?

Зря я воображала, что сейчас придёт Ямадаев и врежет ему. Шамиль даже не думал шевелиться. Я наконец отыскала его взглядом.

Он ждал. Ждал, когда я попрошу помощи.

Сглотнула слюну, ощущая отвращение от новой компании. И в то же время не желая в очередной раз быть спасённой Хозяином. Чтобы он поставил ещё одну зарубку в столбец моих долгов перед ним.

Преодолевая внутреннее сопротивление, я улыбнулась как можно слаще оскорблявшему меня хаму и положила ладони ему на плечи, заставляя нагнуться.

– Видишь ли, милый, у меня уже есть папик. И он сейчас наблюдает за нами. Только вот незадача, он обычно не оставляет в живых моих ухажёров, – воркующим голосом шептала.

– Что ты мелешь, сука? – почему-то оскорбляется, хватая меня за шею.

Но ненадолго. Не проходит и пары секунд, как к нам подлетают крепкие охранники и утаскивают мужчину.

И я точно знаю, что это дело рук Ямадаева.

Хотя бы потому, что он, оставив грудастую девицу, направляется в мою сторону. Чёртов игрок в покер. По его лицу не разобрать ни одной эмоции.

Ощущение, будто меня сюда аниматором пригласили. Развеять беспросветную тоску богатых дядь. Скучали, пока я не появилась. А теперь наблюдают шоу.

Вот и ещё один богатый дядя рассекал зал, как ледокол, так что остальные гости отходили в сторону, чтобы случайно не оказаться задетыми.

Важный такой. Руки в карманах. Мускулы под одеждой перекатываются, демонстрируя силу и власть. И каждый присутствующий в курсе, что этот человек способен свернуть шею одним движением.

Градус алкоголя спал. Тело от напряжения будто током пронзало, мышцы вибрировали под кожей. Я сцепила пальцы, не желая показывать дрожь, хотя по какой-то странной причине зуб на зуб не попадал.

Боюсь, что ли, его? Боюсь.

Глупая, решила, что под его красивой личиной скрывается человек.

Повелась на обманку. А он ведь запросто может меня прихлопнуть. Надоем, и возьмёт в руку мухобойку. От моего жалкого существа только мокрое место останется.

Окатил холодным взглядом. Нагнулся чуть ниже, давая возможность расслышать его сквозь шум и музыку.

– Успокоилась? – спрашивает, нависая, по-прежнему оставляя руки в карманах.

Видимо, сдерживается, чтобы не наложить их на мою шею.