Академия стражников огня

Она стояла в проеме, сканируя меня с головы до ног. С пренебрежением, злостью и даже ненавистью. Сейчас она выглядела иначе. Длинное платье, распущенные волосы – красивая женщина. Но жестокая, как подсказывал мне опыт.

Минута. Две. Время будто остановилось. И вдруг она резко пошла на меня, заставляя вжаться в стену. Растерялась, особенно когда звонкая пощечина прошла огнем по лицу.

– Ты… только и делаешь, что позоришь меня. Ничтожество! Дрянь, оставляющая за собой проблемы. Которые должна решать я! – она приблизилась вплотную и с силой сжала за плечи, причиняя такую боль, что выдала стон.

Из глаз пошли искры. Внутренности скрутило колючей проволокой.

– Даже сейчас не можешь достойно принять боль, как все сильные стражники. Никчемная дрянь!

Смотрела на нее, чувствуя, как в груди все переполняет от обиды и разочарования. Не знаю, мои это чувства или воспоминания тела, возможно, души девушки, но стало так невыносимо горько. Не знаю, как жила в этом мире Давина, но я лично понимала одно – ее жизнь была адом.

Бедная девочка. Да, она другая, так что… теперь издеваться?

– Если нет таких сил, как у тебя, зачем тогда отправлять в стражницы? Зачем ломать собственного ребенка? – выдохнула, не понимая, почему так сложно говорить. Каждое слово я вырывала из груди. Словно что-то не давало.

– Ты моя дочь! – закричала Савина мне в лицо, считая слова объяснением своего мерзкого отношения к дочери.

– Я не вижу! Только недовольную женщину, неспособную понять и принять дочь. Ты не мать!

Пощечина обожгла вторую щеку.

Но в этот раз – останется след.

– Никогда не смей мне указывать. Ты убогая мятежница! Такая же… как твой отец.

Вот оно что? Значит… не просто так она издевалась над Давиной. Видела в ней отца девушки.

– А разве дети виноваты в поступках родителей?

Тонкие сильные пальцы надавили на плечи, отчего потеряла способность говорить, держаться на ногах, и просто свалилась вниз, понимая, что она применила боевую способность.

Тварь.

– Разве мать так поступает со своим ребенком? – хрипела, не желая мириться.

Я хотела, чтобы до нее дошло. – Так не поступает мать…

– Молчи! Ты мой крест! Мое позорище и мне… всегда… – она шипела, а не говорила, – всегда за тебя стыдно! Но я… не могу унизить себя. Если позволю тебе опуститься, ты меня понесешь за собой в бездну. Я сделаю из тебя стражницу. Поняла? И ты завтра пойдешь на учения! Как и положено сильной стражнице.

Молчала. Что с ней разговаривать? Эгоистка. Да и сил не было.