Ферзь. На грани

Справишься? – спросил резко, чтобы понял, что это не на сигареты и не помощь папаше, а на то, чтобы нормально ели, пока не станет так, как прежде. Пусть без матери, но жизнь продолжается.

Он кивнул, но отступил на шаг, закрывая брата.

– Правильно. Смотри за ним. Ты старший.

Глянув на часы, понял, что отвлекся на полчаса и быстрыми шагами пошел из квартиры, пропитанной алкоголем и блевотиной. Только вышел из дома, как послышался писк, входная дверь открылась, и я услышал голос:

– Дяденька!

Обернулся и увидел пацанят.

Они смотрели на меня с волнением и благодарностью, отчего застыл, не ожидая и не нуждаясь.

– Спасибо… спасибо за батю. И… я буду всегда смотреть, – произнес Тимофей, обещая мне.

Смог только кивнуть, понимая, что так и будет. Последний раз заострил внимание на малом, со страхом взирающего на меня, и поспешил к машине.

Только взялся за ручку, как заметил стройную брюнетку в спортивном костюме с большой сумкой на плече, которая сразу бросилась в глаза.

Чувствуя, как тело моментально напряглось от возбуждения, усмехнулся, оценив прикид девчонки. Что же… неплохо.

Медленно обошел дом, наблюдая, как Мария шла в сторону остановки, и когда исчезла из поля зрения, направился к подъезду ее дома, желая проверить квартиру. На первом этаже никого не было, пока лифт не остановился. Из него вышла невысокая девушка с пепельными волосами и… дочерью Маши в джинсовом костюме и в кепке, под которую спрятали волосы.

– Лучше на том поднимайтесь.

В этом лужа. За животными лень убирать хозяевам, – проговорила Лисина совершенно спокойно, отвлекая от девочки.

Хмуро наблюдал, как они выходят. Нажал кнопку вызова второго лифта, тут же загружая программу в смартфоне, чтобы знать, мягкая игрушка с чипом с ними или нет. Доехал до пятого этажа и уже через минуту вошел в квартиру, цедя про себя проклятия, что связи нет.

Стоило зайти в зал, программа выдала результат – объект на месте. Не взяли. Быстрыми шагами прошел в комнату и увидел медвежонка под покрывалом.

Резким движением вытащил игрушку и стал внимательно осматривать все в доме, пока не нашел небольшой блокнот под подушкой Марии. Взял в руки и начал листать листы с портретами. В основном были изображены Ирина, ее дочь, она сама и еще несколько женских лиц, а на последних… был изображен мужчина без лица. На первой он в старой лачуге на пороге дома, на второй в машине в профиль, третье – просто лицо в момент гнева.