Его маленькая предательница

Боже…

Как же так? Почему?!

Зачем он пришел за мной?

Я только сделала шаг, как твердая рука вцепилась в мой локоть. Мужчина дернул на себя, всматриваясь таким многообещающим взглядом, и я повиновалась, опасаясь, что с Олегом случится беда, если не буду сдерживать свой характер.

Последовала за Тикеновым, чувствуя, как сердце стучит с каждой секундой быстрее, готовое в любой момент выпрыгнуть из груди. Как же мне хотелось броситься к нему.

– Ну что же… я привел ее. Да, крошка? Расскажи, как ты скучала, – с ехидством выдал Рустам, продолжая дальше говорить гадости, а я стояла и смотрела в глаза любимого мужчины, полные гнева, ярости и обещания расплаты.

Олег резко дернулся вперед ко мне, но тут же выдал рычащий звук, потому как натянутая цепь сдавливала руки до крови, выкручивая их.

Не передать, как я сдерживала себя, чтобы не броситься к нему и не умолять, чтобы простил. Я не хотела… не хотела его предавать.

Меня словно парализовало, пока не почувствовала прикосновение рук на своей груди.

Тикенов с силой сжал, нагло взирая на Медведева. Стало мерзко и противно. Олег наблюдал за этим с такой яростью, что, казалось, сорвет эти цепи.

– Ну что же, раз ты уже понял, что твоя девочка действовала по моей указке, то поймешь, каково мне было тогда… – с ненавистью проговорил он, а потом добавил: – Но разница в том, что твоя… ляжет под любого, стоит мне только сказать, а Самира… не такая.

– И именно поэтому ты пустил ей пулю в голову? – разъяренно процедил Медведев, выплевывая скопившуюся во рту кровь, уже не замечая меня.

Понимая, что Тикенов все спланировал, испугалась, а, услышав последние слова, совсем отчаялась. Если это правда, Рустам не пожалел свою женщину, то разве нас он отсюда выпустит?

– Я ненавижу предательство, – протянул Тикенов и задумчиво посмотрел на меня, с ухмылкой добавив: – Это слабые прощают… а потом подыхают, ожидая предательства. Думаешь, ты лучше меня?! Сможешь простить?

Не отрывая взгляда, смотрела только на Олега, умоляя глазами не верить.

Но это лишь глупые надежды на чудо. Он бросил на меня взгляд… полный отвращения, особенно сканируя мой вид, и повернувшись к моему мучителю, громко процедил:

– Ублюдок.

Тикенов усмехнулся и тут же схватил меня за волосы и притянул к себе. Он с яростью сдавил грудь, продолжая тянуть волосы, а потом произнес:

– Пошла вон. Ночью зайду.

Подлец. Скотина. Тварь. Еле сдерживала себя от желания закричать и расцарапать ему лицо.