Воровка красного дракона

На секунду закрыв глаза, Вали провалилась в глубокий сон, переплетавшийся с видением, передаваемым магической вещью матери.

…Женщина лежала на кровати, вся в поту, дрожа от страха и непонимания, почему ее малышка захотела родиться на месяц раньше.

– Ринория, Ринория! Умоляю, позови знахарку. Моя малышка готова сейчас родиться. Тураны, как же больно! – всхлипнула она, продолжая громко хрипеть. – Почему ты не зовешь никого? Мы же знаем, что я не смогу родить сама…

– Не волнуйся, все будет хорошо.

– Нет, я знаю, что не будет.

– Успокойся, Констанция. Все будет нормально, – раздражительно ответила женщина.

– Почему в твоих словах я чувствую злость и злорадство? Почему? Разве я обидела тебя? Разве плохо относилась? Почему ты не хочешь позвать знахарку? Без нее я умру и моя малышка тоже.

– Я не померла, ты тоже не помрешь, – процедила женщина, доставая всякие травы.

– Ты? Но как? Когда?

– Глупая гусыня! Ты даже не замечала, что у меня растет живот! И еще считала меня своей подругой! Какая я подруга, если ты живешь во дворце женой повелителя, а я в комнате для гостей, и для всех я твоя компаньонка.

– Нет, ты для меня всегда была как сестра.

– А ты никогда не была моей сестрой. Даже магию мы выбрали разную. Ты белую, а я черную… и повинуюсь теперь шаринье.

– О Тураны, но как?

– Я всегда была для тебя той, кого ты нашла на дороге в детстве. Твоей игрушкой, потом подругой и компаньонкой. И ты совсем не замечала, что мы разные. Хотела всем счастья… Глупая! Но разве это счастье – быть у кого-то на побегушках? Столько лет! И вот теперь… я займу твое место.

– Не понимаю, как? О-о-о… – скривилась женщина, чувствуя, что у нее началась схватка. Только шла она неправильно, без подготовки тела к родам. С резкой разрывающей болью, что означало, что роженица находилась под действием яда.

– Что ты со мной сделала? – прохрипела Констанция.

– Я дала тебе яд соров. Он должен был усыпить тебя навсегда, никто бы ничего не заметил.

– Ринория, за что? – со слезами на глазах прошептала женщина.

– У меня тоже есть ребенок. Золотая драконица, рожденная на первый снег, который тут же растаял.

– Ты говоришь о пророчестве? Как больно… Ринория, что будет с моей девочкой?

Женщина молчала, делая вид, что не слышит.