Всем сердцем

И сейчас, я в ужасе, что если буду много разговаривать, тем самым раздражая тайхаров, меня постигнет та же участь.

Хотя не только это. Целомудрие пленниц, особенно молодых и красивых, как правило, всегда было под угрозой. Например, если взять опять же индейцев, то команчи регулярно насиловали плененных женщин, независимо от их цвета кожи – белых, мексиканок, индеанок. Такая же информация существует и относительно черноногих, ассинибойнов, сиу, и кри.

У сиу считалось честью взять в жены женщину, захваченную в плен у враждебного племени, особенно если с этим племенем война велась с незапамятных времен.

И тогда пленница становилась собственностью захватившего ее воина, и он мог распоряжаться ей как хотел. А еще, считалось очень почетным подарить пленницу другому человеку – и бедняжка могла переходить от одного к другому, пока кто-нибудь не брал ее в жены. Сволочи! В общем, участь женщин была ужасна. И сейчас, вспоминая прочитанное, я сжалась в комок, не зная, что ожидать от тайхаров.

«Может сбежать?»

«Нет! Ведь я тут ничего и никого не знаю, кроме отвратительных любителей человечины, ворхов. Поэтому…»

«А может они не такие?! Одеяло и воду ведь дал предводитель. И стоит учесть, что я, как-никак, полезна. Могу лечить! У индейцев ведь тоже приживались пленные… у некоторых племен, если пленницы им рожали… или хорошо себя вели».

Пока рассуждала, стоя на одном месте, услышала гортанный голос Тарлана:

– Дери, подойди к нам.

«Опять дери? Надеюсь, что это означает – женщина или девушка, а не ничтожество или рабыня».

Тяжело вздохнула и побрела к ним, опасаясь массового нападения. Может, конечно, зря переживаю, но вот когда видишь десяток громил, то поневоле встрепенешься.

Оказавшись напротив предводителя, посмотрела ему в глаза, замечая его явное недовольство. Тарлан злобно поглядывал на своих соратников, а потом протянул мне кусок копченого мяса.

– Ешь. Вода осталась?

Кивнула и, отойдя на шаг, села полубоком, принимаясь за еду. Вкус был необычный, похожий на индейку, или на куропатку, но более терпкий. Поэтому ела с аппетитом, но совсем немного, запивая водой. Оставив половину, зажала в руках и посмотрела на мужчину.

– Доедай, – недовольно буркнул Тарлан.

– Я потом… если можно. Чтобы плохо в дороге не стало.

Он кивнул, а я тихо произнесла:

– Спасибо.