Златовласка черного дракона

– Жить захочешь, значит, придумаешь, как ублажить дракона, чтобы он доверял. Тем более, ты же не хочешь, чтобы твой бездарный выродок, которого ты прячешь, подох с голода? – оскалившись, поинтересовался повелитель никтротов.

Не ожидая такого удара, молодая женщина с ужасом посмотрела на мужчину, и, предполагая, что глупо отпираться, впрочем, как и признаваться, смиренно произнесла:

– Тер Дарен, я сделаю все, чтобы вы были довольны вашей магиней.

– Вот и отлично, а теперь пошла вон. Надоела! – рявкнул котран, сжимая кулаки, думая о будущей встрече с настоящим наследником золотых драконов.

Алекс считал его спасителем, даже не догадываясь, что убийц для уничтожения всей команды Гарика и самого мальчика Дарен послал лично. И ради своей цели котран не только сделает Алекса своим приемным сыном, но и будет его лучшим другом. Чтобы вернуть Каридию он стерпит все, несмотря на свою лютую ненависть к этому щенку.

Висарена покорно поклонилась и, не стесняясь своей наготы, поднялась с кровати. Взяв вещи в руки, направилась из личных покоев котрана, зная, что он не выносит, если его любовницы долго собираются, когда он указывает им на дверь.

Как только темная знахарка оказалась за дверями, надела через голову длинное черное платье, а потом быстрым шагом направилась к лестнице, желая закрыться в своей каморке и хорошо все обдумать. Конечно, она не хочет умирать и будет слушаться котрана, но и обязательно придумает выход из сложившейся ситуации. Тем более, что этот мерзкий жестокий мужчина узнал о ее сыне.

Важно, что он не знает главного, что Варальд – его плоть и кровь.

Да, она обхитрила не только великого повелителя никтротов, но и шаринью, что была в ней почти пять лет. Они посчитали ее слабой, потому, что она тратила огромную силу, пряча воспоминания о сыне.

Скорее всего, Дарен считает, что ее ребенок – нир, маг без дара, раз в ее разуме нет никаких упоминаний о нем. Все так, как она и хотела.

Очутившись в своих покоях, Висарена сняла платье и швырнула его на пол.

Вошла в маленькую уборную, где стоял небольшой чан, и залезла в него. Магией подала воду и принялась тереть себя, в надежде смыть грязные воспоминания о ненавистных прикосновениях отца ее ребенка.

Конечно, все могло быть по-другому, но, к сожалению, она приглянулась могущественному магу. Отказать было нельзя – повелитель никтротов всегда брал то, чего желал, и без разрешения. Увидев в ней магию, решил впустить в ее тело и разум дух своей сожженной жены.