Чем Черт не шутит

Руки сложены на груди, глаза закрыты – Радан поежился. Удивительно, но в отличие от всех виденных им странных собратьев покоящегося зверя, этот был совершенно белым и почти во всем подобным человеку, тогда как остальные казались червлеными, словно старое серебро.

– Привет, – поздоровался Радан, глядя в перевернутое лицо.

– Привет, Рае.

– А как твое имя?

– Туль. Ты заблудился? – Змей открыл глаза, люки в бездонную синеву, и сел ровно посередине скамьи, закрыв спиной рисунок с выпуклыми деревьями. – У вас сейчас…

Закончить ему не позволил прыгнувший на них Гена, который резво и невежливо приветствовал одного Радана:

– Блин, какие здесь картинки зачетные! Правда, я себе руку обжег! – Он прижал пальцы к губам, но не замолчал.

– Здравствуй, Панир, – Туль не стал пожимать протянутую ему и еще блестевшую от слюны руку. Он чуть выгнулся в пояснице и, вскинув руки над головой, совсем как человек хрустнул позвонками, потом поднялся и молча отправился вглубь темного коридора.

Гена бесцеремонно плюхнулся на его место.

– Я что-то не то сказал?

Радан не ответил. Он смотрел на то, как зверь становился все темнее и темнее, пока не исчез в густых сумерках, и перевел взгляд на дверь, откуда все приходили: проем, совершенно прозрачный с внешней стороны, с внутренней – был заполнен густым черным дымом, дети появлялись из него, как из угольного тумана, и с каждым вновь пришедшим над входом вспыхивала алая планка причудливого и таинственного орнамента – всякий раз нового.

– Прикольно, – простодушно заявил Гена.

– Салют, – коротко бросил Эрик, явившийся из адского облака. – Чего это вы тут зависаете? Мне сказали, что нельзя опаздывать, я весь вспотел, пока дорогу нашел, а тут никто никуда не торопится. Интересные дела.

– Я не знаю, куда идти, – ответил Радан, глядя в коридор, проглотивший Туля, смутно сознавая, что змей бы им подсказал, что делать, если бы не фамильярность кое-кого.

– Я тоже, – поддержал кое-кто и достал из кармана булку, умяв в два укуса и никому даже не предложив – крошки градом посыпались ему на рубашку, в какой он был вчера.

Радан не успел спросить, Эрик его опередил:

– А что с твоей одеждой? У меня старую забрали.

Даже в полутьме было видно, как густо покраснел Гена.

– Ну… они немного не рассчитали, их рубашка мне не подошла.