Одна из тридцати пяти

В гробовой тишине отчетливо слышались мои неуверенные шаги и биение сердца.

Я поклонилась и опустилась на стул с той грацией, на какую была способна, и оказалась напротив бедняжки Адель, которая, судя по всему, безуспешно боролась с волнением. Через одну леди от нее восседала Розетта, с самоуверенным достоинством разглядывающая мое платье. Брианна заняла место рядом с Эдмундом, который расположился во главе стола. Волосы у него были распущенны. Принц лениво облокачивался на локоть, подперев кулаком щеку и лукаво улыбаясь.

Совершенно невозмутимо в столовую вошел Берингер и, кажется, стало еще тише, будто мы все погрузились под воду. Он скупо поприветствовал принца, нас удостоил кивком. За столом были и другие мужчины: главный королевский распорядитель, лорд Атер де Хог, личный обер-камергер его высочества, лорд Кенвуд, военный советник короля, лорд Деквуд, но никто так не приковывал к себе взгляд, как грозный, суровый Райт Берингер.

Дождавшись всех претенденток, гофмейстер повелел разносить блюда. Мы все: претендентки, лакеи и компаньонки боялись лишний раз шелохнуться. Любой звук, будь то скрежет вилки о тарелку или звон бокала, привлекал всеобщее внимание. Напряжение достигло апогея, когда принц устало вздохнул и расправил салфетку.

Невыносимо.

Если это и есть дворцовая жизнь, проще глотнуть яд. Интересно, за завтраком его подают в меню для потерявших надежду?

Тишина окружала и сдавливала, выжигала кислород в легких.

Я вскинула глаза и наткнулась на острый, как бритва, взгляд советника. Он, в отличие от меня, был способен наслаждаться пищей, что и демонстрировал. Но помимо всего: отстраненных мыслей, надменного чванства, откровенного превосходства, в его глазах читалось: «Сиди смирно, девочка. Даже не думай что-нибудь выкинуть».

Я взглянула на принца, который изредка отрывался от тарелки, чтобы удостоить ту или иную девушку короткого взгляда. Но интерес его был настолько ничтожным и пассивным, что впору бить тревогу – ни одна из девушек не могла вызвать у него даже любопытства.

– Лорд де Хог, как поживает ваш отец?

Взрыв!

Все вскинули головы, будто вынырнув на поверхность мутного озера.

Вилки замерли на полпути ко рту, челюсти перестали перемалывать пищу.

Лорд де Хог, молодой брюнет, побледнел от неожиданности.

– В добром здравии.

И теперь головы повернулись в сторону Райта, который и затеял странный разговор.