Моя золотая медаль. История любви к жизни и к женщине…

Молодой врач усмехнулся, вспоминая лицо своих родителей, когда он сообщил им о своем решении. Володе нравилось шокировать своих интеллигентных родителей, нравилось шокировать своих друзей, которые были искренне удивлены его неординарным поступком. Только ради их удивленных и ошарашенных физиономий можно было поехать в эту богом забытую глухомань, спрятанную среди болот и лесов.

И только дедушка, тоже врач, порадовался такому решению внука. Он сам когда —то работал в закрытых лагерях, затем врачом поселковой больницы и был родом из этих мест.

Шепотом, толкая в плечо своего внука, он произнес: «Только там, вдали от столицы, ты узнаешь, что такое настоящее дело и чего ты стоишь!»

Теперь, поработав несколько лет в сердце Урала, молодой врач понял, что имел в виду его дед. Небольшая больница, заполненная до отказа пациентами, которые иногда размещались даже в коридорах, была обветшалой и старой. Сырое здание, видавшее виды, требовало ремонта. Главврач, старенькая бабушка в строгом белоснежном халате, по фамилии Голубь, с вздернутым вверх носом и крупными, чуть навыкате, строгими глазами, вмешивалась во все.

Порой Володе казалось, что она ненавидит его начинания, его молодость, задор и веселье. Отношения с начальством, прямо сказать, у молодого доктора не задались сразу.

Сама Корнелия Ивановна Голубь, всеми уважаемый врач, чья слава достигла самых отдаленных уголков Урала, считала себя во всем правой. А как же иначе, – молодежь надо учить. Этого дерзкого, безусого москвича она раскусила сразу, – слабый характером, безвольный, падкий на похвалу и совершенно бездарный… Таким здесь, в условиях сурового края, не место.

Пациента со сложными разрывами брюшной полости привезли рано утром, когда солнце еще только всходило над Пышмой. По впалым глазницам, синюшного цвета лицу и прерывистому дыханию мужчины Ракитников понял, что до областного центра скорее всего они его не довезут.

Нужна была операция, причем незамедлительная. Сам Володя за два года своей деятельности провел их несколько, но что это были за операции – удаление аппендикса да несколько зашитых ран на кожных покровах пациентов.

Волнение, охватившее все его существо, заставило молодого хирурга немного перевести дух. «Нужно взять себя в руки и успокоиться» – произнес он про себя, но волнение только усиливалось.

По дороге в операционную он увидел маленького мальчика, испуганно таращившего глаза на людей в белых халатах.