Ритмы Тонких Миров

В памяти не осталось ничего, начиная с того момента, когда она побежала через дорогу, и до текущего, который она еще не могла осознать.

Сана пыталась встать, но безуспешно. Она приподнималась на руках и тут же падала обратно, теряя сознание. Подбежавший к ней мужчина помог ей добраться до тротуара и сесть на бордюрный камень.

Сана не чувствовала никакой боли – только спутанность сознания. Ей было неловко задерживать человека, и она махнула рукой от себя, показывая мужчине, что тот может уйти.

– Вы русская? – донеслось откуда-то до Саны.

Она кивнула, так как не могла говорить, и снова махнула рукой.

Вокруг не было никого. Сана начала воспринимать сигналы, поступающие в мозг от разных частей тела. Она осознала, что все системы организма в принципе находятся в рабочем состоянии и способность к передвижению не утрачена. Она поднялась с камня и попробовала дойти до ближайшей скамейки. Это оказалось возможным. Теперь надо было суметь добраться до Москвы и организовать перелет домой.

Подарок

Сана что-то рассматривала на экране монитора, приблизив к нему лицо почти вплотную. Никита улыбнулся хорошо знакомому положению головы жены. Он присел на диван, придвинутый боком к рабочему столику Саны, и спросил:

– Тебе ни о чем не говорит сегодняшний день?

Сана отодвинула голову от экрана и задала свой обычный вопрос:

– А какое сегодня число?

– Ладно хоть не: «Какой сегодня год?» С утра было седьмое апреля.

Сана быстренько переместилась к мужу на диван.

– Неужели ты запомнил дату того дня, Никита? Ведь четырнадцать лет прошло – два раза по семь.

– Событие это, надо сказать, не подлежит забвению. Когда ты позвонила с питерской скамейки, я пережил легкий шок, так как не знал, как лучше всего тебе помочь.

– Ты звонил мне непрерывно, и я все время ощущала тебя рядом.

– Я отслеживал весь твой маршрут. Ты взяла такси около Исаакиевского собора и добралась до знакомых, которые пригласили тебя в Питер. Ты пролежала у них несколько часов, а вечером их сын проводил тебя на московский поезд.

– К тому времени я уже выглядела страшной. Левая часть лица была опухшей, синей, глаз заплыл. Пришлось смастерить и приклеить ко лбу прикрытие, чтобы не пугать соседей по купе.