Дочь реки

Но только собирался десятник отправить двух кметей вперёд в детинец, чтобы телегу к пристани прикатили: тела погибших гридей на неё уложить – только повернулся Рарог, чтобы на струг свой вернуться, а не пришлось. Спустились с высокого берега к самой пристани двое стражников. Больно хмурые: взглядами всё шарили по стругам, полным ещё ватажников, как будто точно знали уже, кто они все такие. Старшой находников и глаза закатил на миг: видно, хоть и надеялся, что обойдётся всё, да не слишком.

Гриди подошли ближе.

– Здравы будьте, – кивнули всем разом.

И тут же вперились в Рарога так, будто это он собственными руками кметей убил и княжне ногу ушиб.

– Мы и сами до детинца дойти можем, – едва не фыркнула Беляна, сразу разгадав, верно, зачем они сюда пришли.

– Князь велел проводить, – неохотно пояснил один из стражников. – И старшого тех, кто вас сюда привёз – тоже.

Рарог улыбнулся натянуто, когда пытливый взгляд гридя снова упёрся прямо в его лицо.

– Думается, гостеприимством князя я пренебречь не могу… – вздохнул так, будто сейчас огонь из его груди вырвется – до того взъярился, хоть вида и не показывал.

– Думается, нет, – ответил за кметей Твердята.

И почудилось в его голосе невольное облегчение от того, что укрывать что-то от Владивоя не придётся, хоть он и готов уже был пойти на поводу у княжны – да лишь в благодарность за то, что ватажники всех до Волоцка в сохранности доставили.

Рарог повернулся к своим людям и жестом подозвал двоих к себе. Те приблизились с видимой опаской: уж заприметили, что так просто им в стороне остаться и по-тихому из Волоцка уйти не удалось. Слишком зоркими оказались часовые на городнях. Слишком быстро их донесли ноги до детинца и обратно.

– Надеюсь, мёд князь для встречи гостей уже приготовил, – проворчал старшой.

Оружия, кроме ножа на поясе, он с собой не взял. Наверное, показать хотел, что никакого зла в душе не несёт, и ватажникам своим приказал кистени да ножи оставить на струге.

Остальные проводили их обеспокоенными взглядами, но вмешиваться не стали. Люд на пристани даже гомон свой извечный притушил: до того всем любопытно стало, что такое вокруг вернувшейся в Волоцк княжны происходит. Но мужчины женщин плечами да спинами своими загородили – не разглядеть. Так и пошли вверх по пригорку до ворот, что к пристани выходили.