На пороге империи

Тихон растянулся во весь рост и еще раз вспомнил слова Фриды: «Все идет так, как предсказал мой хороший друг».

– Значит посольство все-таки едет в Ригу и оттуда пойдет морем в Германию, – произнес Тихон, будто мог запамятовать к утру.

Ржев появился в том месте, где и надлежало встать городу крупному и богатому. Крепость на пути с запада на восток, торговый центр, куда сходились сухопутные дороги и протекала река Волга. Многие княжества претендовали на владение Ржевом, особенно усердствовали литовцы. Иногда им это удавалось, но в 1521 году город окончательно отошел во владение Московскому князю.

Тихон, представляя скорость движения посольства и дорожные условия, мог рассчитать время его прибытия в транзитный город. Зная конечный пункт пути, можно не тащиться за посольством попятам. Захотелось настоящего отдыха, в человеческих условиях: теплое и мягкое спальное место, отсутствие шума и полная безопасность. Организм требовал нормальной еды, свежего ржаного хлеба.

Ярмарка в городе оказалась знатной.

Тихон вел своего коня под уздцы и вертел головой в обе стороны. Прилавки ломились от разнообразных товаров, глаза разбегались от пестроты. Настроение поднималось от обращенных к нему торговцев. Каждый нахваливал свой товар и обещал отдать его в половину цены.

Тихону покупки были не нужны, он искал среди торговцев местных жителей, чтобы вступить с ними в разговор для поиска места отдыха и ночлега. Внимание привлекли две тетки, торгующие деревянной посудой. Они обсуждали воеводу, называя его по всякому, сводя слова к любвеобилию мужика.

Коробков подошел к ним и поздоровался. Те начали расхваливать свой товар.

– Я, сударыни, хочу спросить о другом. Мне надобно провести две ночи, да так, чтобы с удобствами.

Тетки опешили. Одна из них продемонстрировала на лице смешение цветов свеклы с морковью. Потом заорала во все горло. И покупатели, и торговцы уставились на молодого парня с конем. Никто не мог понять, что такого мог сделать молодец приятной наружности этим двум толстым и хамоватым бабам.

Тихон быстрым шагом двинулся к воротам ярмарки.

На улице привязал коня к столбу, сам сел на траву и задумался. Ему было непонятно, на что торговки разорались. Рядом присел дядька:

– Ты что, Тихон, этих посудных теток кипятком полил, что ли?

Коробков вздрогнул. Откуда незнакомый дядька может знать его настоящее имя? Тихон глянул на мужика. Перед ним сидел друг и сослуживец отца дядька Севастьян. Бросилось в глаза, что стрелец не в форменной одежде.