Летопись дел времён Иоанна Грозного

Ты зачем оказался на моей земле?

– Служу у боярина Белоусова на Московии. Он по указке царя нашего Иоанна Васильевича участвует в строительстве печатного двора. Меня послали в Германию учиться печатному делу. Руки мне развяжите.

Еремей раскрыл котомку и достал два документа. Пан по-немецки читал тоже.

– Знавал я барона фон дер Беренгольда. Знатный охотник. В моих угодьях двух зубров завалил. Передашь ему привет от пана Пугачевского. Ты пошто в нищего нарядился?

– Безбедное житие обеспечил вашему отряду порубежной стражи.

Забрали даже атласные порты. Уже не говорю про лошадь.

– Что и заступиться некому?

– Я же на вашей стороне никого не знаю.

– Тогда поживешь у меня пару дней, мне кое-что обдумать надобно.

Еремей испугался проверки, которую мог учинить поляк. Надо же такому случиться, что придуманное с потолка немецкое имя совпадет с реальным человеком, который оказался еще знакомцем пана.

Два дня Еремея держали взаперти, две ночи он не спал. В коротких страшных снах ему виделся пан Пугачевский, который бил его металлической тростью и приговаривал он «княжества такого в Германии не существует».

Еду ему приносили один раз в день и по утрам выводили во двор. На третий день повели наверх, на второй этаж. Пугачевский ждал в своей деловой избе. Прямоугольный струганый стол, две скамейки и комод. На столе лежали документы Еремея.

– Ну вот, что, русский! Хочу предложить тебе некоторые условия. Мне надобно спалить амбар одному подлецу. Если сделаешь как надо, отпущу на все четыре стороны, еще и денег дам.

Если нет, убью как собаку и спрячу так, что никто не сыщет. Да кто тебя искать-то станет? Похоже выбора у тебя нет.

Еремей опустил голову, но долго молчать себе дороже.

– Правильно говоришь, пан Пугачевский, выбора у меня, действительно, нет. Искать меня тоже некому.

– Тогда так, твои документы пока побудут у меня. Иди в свою коморку и жди, скоро поедем.

Как только стемнело, дверь в коморку отворилась и уже знакомый слуга жестами приказал идти за ним.

Вышли на улицу. В бричке сидел пан Пугачевский. В руках держал вожжи, из чего следовало, что в путь они отправятся вдвоем. Ехали около часа. На разветвлении дороги на две стороны поляк показал направо и произнес:

– Дойдешь до сторожевой башни, она давно заброшена, оставишь башню по левую руку и поднимешься на холм. С него видны строения. Тебя интересует самое крайнее. Оно имеет двустворчатые ворота и рядом коновязь. Убедись где сторож.