Химия

Возвращаться в класс заплаканной – это дать Яне и ее злобным подружкам повод посплетничать и поиздеваться надо мной, а я не в том положении, чтобы позволить себе подобную роскошь.

– Алабина.

Чувствую толчок в спину.

Оборачиваюсь. Майя указывает глазами на учителя.

– К доске.

На автопилоте поднимаюсь и выхожу.

Юлия Олеговна задает вопросы, и я сквозь дебри своего расстроенного сознания пытаюсь отыскать ответы, которые я теоретически знаю.

– А теперь прочти нам стихотворение.

Начинаю произносить заученные строчки Марины Цветаевой, а сама даже не замечаю, что с каждым словом мой взгляд все ближе подбирается к месту, где сидит Матвей. Только уперевшись в него и увидев отрешенное лицо парня, устремленное куда-то в окно, я прихожу в себя и опускаю глаза в пол. Это самое безопасное для них место.

– Имя твое – ах, нельзя! –

Имя твое – поцелуй в глаза,

В нежную стужу недвижных век.

Имя твое – поцелуй в снег.

Ключевой, ледяной, голубой глоток…

С именем твоим – сон глубок. – завершаю я и жду, когда меня помилуют и отпустят с эшафота.

– Неплохо, – получаю скупую похвалу и буквально вместе со звонком возвращаюсь на свое место.

Матвей, как и прошлые перемены, уходит из класса вместе со звонком, словно дышать одним воздухом со мной в помещении ему противно. Пытаюсь не обращать на это внимания и медленно, чтобы успокоиться и заодно убить время большой перемены, складываю в рюкзак свои вещи.

– Пойдем вместе в столовую, – слышу за спиной голос Егора.

Оборачиваюсь. Парень смотрит на меня взглядом преданной собаки, которая умрет, если ей откажут, вот только он на меня сейчас совсем не действует.

Вчера Егор тоже выглядел милым и безобидным, а потом прилип ко мне, словно пиявка. Меня передергивает от противного воспоминания.

– Спасибо, но я знаю дорогу, – говорю ему совершенно бесцветным голосом.

– Я предлагаю вместе поесть и пообщаться, а не просто проводить.

Поднимаю глаза на парня и вкладываю во взгляд все свои не озвученные вчера эмоции, чтобы до него дошло: я не хочу с ним есть и общаться, добавляя предельно вежливо:

– У меня есть свои планы.

– Какие?

До чего мне не нравится в людях бестактность! Неужели непонятно: если я их не назвала – значит, не желаю озвучивать.

Может, он заметил мое преследование Матвея?

Не знаю.