След души

В тридцать один год он получил первую военную пенсию, чему был несказанно рад. В тридцать два года в горячей точке он руководил военной операцией, естественно, секретной. Потом долго работал под прикрытием, ну не хотели его отправлять на заслуженный отдых, тогда мозги и поехали. Два года пьянства, затем снова армия. А на очередном банкете после девятой стопки водки язык его развязался, он стал разглашать государственную тайну, и ему вызвали бригаду врачей. Через час он уже лежал в психиатрической клинике с непроизносимым диагнозом.

Он пролечился, немножко пришел в себя и снова стал пить. Ему прописали групповую терапию, которую вела я. Борцов А. А., теперь я лежала с ним в соседних палатах. Я знала, что такой образ жизни ни к чему хорошему не приводит. Он еще долго продержался. Борцова держали на нейролептиках, в прочем, как и меня.

– Депрессия, – вдруг услышала я.

Худощавая женщина лет сорока лежала на соседней койке и рисовала рукой символы в воздухе.

– Вы мне? – повернулась я к ней.

– У меня депрессия… – ответила она.

– Понятно, – покивала я.

– А у тебя что? – посмотрела я на девушку с перевязанными венами напротив. Она отвернулась к стене и уставилась в одну точку.

– Она и ее парень решили покончить с собой, родители их нашли, ее откачали, его – нет, – шепотом ответила соседка с депрессией, – Маниакально-депрессивный психоз или, если мягко, – биполярное аффективное расстройство… Хотя, какая разница, как это называется…

– Ты врач? – спросила я.

– Нет, отец врач, – сказала девушка.

– У меня тоже, кардиохирург.

– А у меня психиатр. Вера, – и девушка протянула руку с исколотыми венами.

– Кира, – улыбнулась я, но руку не подала.

– ВИЧ, – иронично улыбнулась Вера. – Стой, ты Кира Кравцова? Надо было догадаться по кольцу. Оно во всех журналах мелькало. Тебя не видно было, а кольцо видно.

– Ага, – хмыкнула я и убрала руки под одеяло.

– Кто бы мог подумать. А че ты здесь? Ты ж платье свадебное должна выбирать?

– А ты чего?

Вера не ответила.

Мы обе замолчали.

Я стала приходить в себя. Сюда меня привезли из какого-то бара, вроде из «Конторы». Я что-то заказала, что-то созвучное с «катманду» или «баланду», не могу вспомнить. От этого коктейля меня и вырубило. А потом уже палата. Почему так произошло? Я никогда не напиваюсь до такой степени, чтобы у меня начался психоз. Меня скоро должны перевести в одноместную, – вдруг подумала я, – наверное, отец уже позвонил и оправдывается перед главврачом.