Оживлённое пространство

Однако, оказавшись за пределами досягаемого, Серёгино сознание вместе со светящимся потоком внезапно рассеялось в пустом безвоздушном пространстве. И у Серёги не осталось вообще никаких ощущений. Лишь пустота. Пустота звенящая, но не пугающая…

Сколько прошло времени ? неизвестно, только в какой-то момент Серёга вдруг почувствовал своё тело. Он ощутил влажность своей кожи и её соприкосновение с кожей другого человека. Он почувствовал запах собственного пота и приятный, провоцирующий своими оттенками запах Вероники.

Он открыл глаза и в свете восходящего солнца увидел Веронику, сидящую напротив него с закрытыми глазами. Веронику, которую он крепко сжимал в своих объятиях.

Вероника, похоже, почувствовала Серёгино пробуждение, поскольку в следующий миг она тоже открыла глаза. И в глубине её невероятно притягательных глаз Серёга вдруг увидел отражение всего, что с ним только что произошло. И чем дольше он смотрел в эти бездонные и такие родные теперь глаза, тем большая уверенность появлялась в нём.

А вслед за уверенностью к Серёге пришло ясное понимание ? всё, что с ним сегодня произошло и в особенности ? что с ним ещё произойдёт, от него уже не зависит. И поэтому единственное, что ему остаётся ? это расслабиться и получить как можно больше удовольствия от самого процесса происходящего.

Солнце, поднимаясь над горизонтом, расцвечивало небо причудливыми красками. И в этом свете, струящемся из окна, женщина, которую Серёга держал в своих объятиях, выглядела невероятно привлекательной и желанной.

Он смотрел на неё, открывая с каждым мгновением новые черты её образа. Она выглядела очень родной и абсолютно незнакомой одновременно. В ней ощущалась какая-то важная тайна, которую очень хотелось открыть.

Он осторожно коснулся губами её губ и тут же почувствовал вкус её дыхания ? до головокружения приятный, наполняющий его какой-то особенной силой. Он разжал свои объятия и нежно провёл кончиками пальцев по её коже.

И с каждым прикосновением к Веронике он неизменно чувствовал целительное наполнение каждой клетки своего существа какой-то чудесной субстанцией. И ему до безумия нравилось такое наполнение.

Вероника же, словно глина в руках опытного мастера, чутко реагировала на каждое Серёгино проявление ласки, временами беря творческую инициативу взаимодействия на себя и ведя мастера за собой, а иногда целиком и полностью отдаваясь любому желанию творца.