Театр Богов. Цветы для Персефоны

И для праздного любопытства и для интриг. Если б их можно было убрать с открытого места!

– Но это невозможно, ты ведь сама знаешь! Мы погубим их силу, если спрячем под замок. Эти правила, что «…они должны быть в руках и под рукой Дающего» – так было всегда.

– Эти правила установили в те времена, когда нас было раз-два, и обчелся. Но времена меняются. Нас стало больше, составов – тоже, и для работы с ними требуется всё больше и больше времени. И тебе ещё сложнее, чем мне, разве нет?

– Ты права, богиня любви.

Слишком много дорог ложится мне под ноги. Нужные травы и цветы, увы, не растут все в одном месте. Я устаю. И опаздываю туда, где меня ждут. Именно поэтому я была только рада отдать часть своих обязанностей Гере.

– Ну, приписывать эту «передачу власти» твоему смирению даже не пришло мне в голову.

– А я очень надеюсь, что Гере пришло в голову именно это. Она будет в ярости, если узнает, что я свалила на плечи царицы Олимпа те хлопоты, которые меня более всего тяготили.

– Тогда мне точно придется поискать тебе укромное местечко. И на подольше. А что касается цветов и трав…

Геката вдруг всхлипнула и моляще стиснула локоть Афродиты. Та погладила нежно дрожащие руки, улыбнулась ласково, заглянула в глаза, а потом внезапно дунула на прядь волос, прилипшую к бледной щеке. Геката рассмеялась сквозь слезы, так неожиданно это было, и так задорно. Афродита обняла её за плечи, усадила на скамью, заваленную узорными тканями и мягкими подушками, присела рядом.

– Говори. Ты уже что-то придумала, я вижу!

– Думаю, мне нужен мой собственный сад. Но, как только он появится, появятся и вопросы.

– Значит, его надо будет спрятать. Вот только где?

– Я буду думать, Пенорожденная. Ты поможешь мне?

– А у тебя есть сомнения?

– Нет. И не было. Но я должна была спросить. Ты сердишься?

– Нет. Ты все сделала правильно. И мой ответ – да. Я помогу тебе.

Глава IV

Жалость и жажда

Вечерняя дымка обняла Олимп.

Земля отдавала тепло, накопленное за день, леса внизу темнели и стихали, в густой синеве небес разливалась звездная река, без краев и берегов. Огромные орлы ещё чертили круги в вышине, ещё пылал алый закат у самой земли и шептал, и шуршал ветер в скалах. На гору богов медленно накатывалась ночь. Синий цветок в зале Совета раскрывал потихоньку свои лепестки, один за другим; они тихо светились, издавая очень негромкий, но внятный, мелодичный звук.