Вокруг да около, заметки Сокола

Организатор нашего тура взяла в горы четыре поколения женщин своей семьи: себя, дочь, маму и… бабушку 84-х лет!

К слову, эта бабушка не является профессиональной спортсменкой или заядлым путешественником. Она жила обычной, не слишком активной жизнью бабушки своего возраста. Более того, недавно перенесла перелом позвоночника.

Ну вот просто в какой-то момент, видимо, подумала и решила: «А какая разница, где помирать?»

Бабушка участвовала во всех мероприятиях. В своём темпе, разумеется. Посещала круглые столы и практики, ходила в горы.

Призналась, что всегда очень стесняется просить помощи в силу воспитания. Надо ли говорить, что после этого помощи стало хоть отбавляй.

На Сундуках, когда организаторы сказали, что можно потихоньку спускаться с горы, бабушка двинула вниз одна из первых, в полном одиночестве.

Внучка кричала сверху: «Бабушка, бабушка, подожди», просила членов группы, кто уже спустился, помочь. Но дул сильный ветер, и было плохо слышно. Никто не мог понять, что нужно делать.

В конце концов, ЧЕМ можно помочь человеку, который, кажется, передумал умирать?

А ещё, стоя на горе, бабушка поделилась с нами, что мечтает дожить до ста лет и полететь в космос.

Мы спросили, поедет ли она в поход на следующий год.

Бабушка крепко задумалась. Было видно, что в этот момент в ней происходила какая-то внутренняя борьба. А потом улыбнулась.

И дала ответ.

А поскольку место было волшебным, Вселенная всё записала и приняла к исполнению.

История сто двенадцатая.

Про Льниху

Мы снова отправились на речку. Муж не терял надежды увидеть-таки бобров. Андрей хотел завладеть надгрызенной бобром деревяшкой (чёрт его знает, какая в том ценность).

Я хотела гулять.

Река была на месте. Холодная. Дикая. Быстрая. Мужики плюскались. Почти как бобры. А я не хотела. Просто бродила по воде.

Потом Андрей сказал: «А пойдём туда!» И показал в сторону, где местность делала уклон вниз, а река там скатывалась по камушкам, набирая скорость.

Мне как-то не особо хотелось балансировать по камням, рискуя потерять тапки.

Но мы взялись за руки и пошли. Единой цепью. Медленно. На полусогнутых. Каждый шаг давался трудно. Вода бурлила вокруг. Это было похоже на минувшую весну. Когда каждый был залогом опоры каждого. И каждый в случае падения мог утянуть за собою всех. Поэтому мы держались. И весной. И сейчас за руки. Порой немножко переругиваясь и подбадривая друг друга.

А потом мужики уселись на выступ в середине реки.