Быть ближе к тебе

Последние дни для меня стали сущим адом. Известие об аварии, пять часов под дверью реанимации, смерть брата, беременная девушка, оказавшаяся в его машине. И куча новых фактов о жизни Арсения, всплывшие после его гибели, которые теперь активно муссировались в местных СМИ и на интернет-ресурсах.

Слухи ширились. Проблемы росли. Отец свирепствовал. А основная нагрузка легла на плечи мне, добавив бессонных ночей.

Я наконец добрался до квартиры, проклиная всех и всё на свете. Открыл дверь, бросая ключи от машины на столик в прихожей, скинул обувь.

В голове мелькнуло, что нужно поставить телефон на зарядку.

Да и перекусить чего-нибудь не помешало бы. Если бы не одно но: продуктов в холодильнике не оказалось.

Проклятие!

Прикинул в уме, сколько времени займет самому смотаться в ближайший супермаркет, вернуться обратно, приготовить все это, и понял, что легче позвонить в любую забегаловку и заказать доставку.

Телефон зарядился на десять процентов, чего вполне хватило бы на звонок и даже больше, но стоило мне его включить, как тут же на экране высветился номер отца.

Отвечать не хотелось. Я знал, что возьми сейчас трубку – и начнется очередной вынос мозга, но и тупо отморозиться уже не получится.

Смахнул значок вызова, принимая звонок.

– Да, слушаю, – протянул устало.

– Как в офисе?

– Под контролем.

– Каротаева прогнул на сотрудничество?

– Еще вчера. Я уже говорил.

– Да? Не помню, – рассеянно отозвался отец.

Я усмехнулся, прекрасно понимая, что бизнес в эти дни его волновал меньше всего.

Смерть любимого сына слишком сильно подкосила, чтобы думать еще и о работе.

Не удивлюсь, если весь сегодняшний день он провел с бутылкой коньяка, воспоминаниями и фотографией Арсения перед собой.

– Контракт с японцами удалось продлить?

– Завтра переговоры, – процедил сквозь зубы очередной раз.

Про японцев он сам договаривался еще в начале месяца.

– Ладно, черт с ней, с этой работой, – выдохнул он обреченно. Пощелкал задумчиво языком. – А что насчет этой девочки? Юли, кажется? Арташовой? Она пришла в себя?

– Пришла, – констатировал в ответ.

– И? Что дальше?

– И ничего. Пока ничего. У нее посттравматическая амнезия. Как быстро вернется память, врачи сказать не могут, но шансы неплохие.

– Меня это вообще не интересует, – рявкнул он, повышая голос. – Когда можно провести тест ДНК на отцовство? Это действительно ребенок Арсения? Ты разговаривал с врачом?

Я сдавил двумя пальцами переносицу, зажмуривая глаза.