Всего один раз

Когда я еще такое смогу лицезреть? – И Света, подцепив пальцем пакетик с луком, отправляется прямиком к мангалу.

Глава 4

Мы провожаем ее одобряющим взглядом, продолжая резать тоненькими пластинами сыр с колбасой.

– И все-таки. Кто этот ваш Алекс? Это Саша или Леша? – вспыхнувший во мне интерес не желает униматься.

– Александр. Друг Бори, я же говорила, – отмахивается Юлька.

Странно, но у меня возникает ощущение, что она чего-то недоговаривает. Или скрывает. Что, в принципе, мало похоже на подругу.

Чего-чего, а посплетничать и поперемывать кому-то кости она любит – хлебом не корми. Особенно когда дело касается парней.

– Он тоже со своей второй половинкой приедет?

– Нет. Он у нас холостой парень. Ай, блин! – чертыхается Юлька, бросая нож и прикладывая палец ко рту. – Порезалась. Твою дивизию! Интересно, тут аптечка есть? Лик, я отойду, ты тут сама похозяйничай, ладно? Я ненадолго.

Юлька возвращается спустя несколько минут. На пальце красуется пластырь, в руках телефон.

– Нашла все, что хотела? – завершая укладывать красивым веером ломтики сыра, интересуюсь я.

– Да, у своего в машине нарыла. Закончила с нарезкой? На речку пойдешь?

– Можно. Только руки сполосну.

Я откладываю в сторону нож, иду к раковине, смываю с ладоней остатки еды. Беру в руки полотенце, и взгляд невольно падает на Юлькин телефон, который она оставила на конце стола. Подруга просматривала ленту в соцсетях и, видимо, забыла выключить экран.

Все бы ничего, на переднем плане маячит какой-то мем, но глаза цепляются за имя и край фото, что выглядывает следом после мема. Павел Тихомиров добавил новое фото.

Сердце больно ударяется о ребра. Разум кричит, чтобы я не смела, а пальцы сами прокручивают ленту, чтобы увеличить картинку. Мой бывший муж с улыбкой чеширского кота обнимает блондинку с пятым размером груди. За их спинами пальмы и желтый песочек с голубой полоской воды. И подпись: «Когда находишь девушку своей мечты, не жалко весь мир положить к ее ногам».

Слова застревают где-то в голове, прокручиваются, скрипят, как несмазанные ржавые шестеренки. Мозг отказывается воспринимать их смысл.

– Ты чего там застряла? – зовет Юля. – На речку не успеем. Пацаны уже огонь развели, сейчас часик прогорит, потом еще минут двадцать на мясо, и все. Ну, ты идешь?

Она нетерпеливо постукивает ручкой ножа по столу, а после, не дожидаясь ответа, решает подойти.