Свет – Тьма. Вечная сага

Рот, а вернее щель в огне раскрылась, и существо издало оглушительный рёв, заставивший задрожать всех и всё вокруг.

Я съёжилась, чтобы защититься от его гнева, и последнее, что запомнила – огромный меч в своей руке…

Ещё долго я лежала, устремив взгляд в тёмный потолок и пытаясь понять такой странный и такой необычный сон. Всё в нём казалось настолько реальным, настолько подробным и чётким, словно происходило наяву, здесь и сейчас, а не внутри моего расслабленного разума. Словно я не спала рядом с любимым человеком в его квартире, а на время спустилась в средневеково-мифический ад.

Я не знала, было ли это сновидение результатом моей разыгравшейся фантазии, психозом или воспоминанием о каких-то событиях, подсмотренных в фантастических фильмах. Только новый кошмар совершенно не походил на всё, что я видела раньше, и с каждой ночью становился хуже и хуже.

Как-то я слышала, что частое повторение одного и того же сна могло быть напоминанием о важных вещах. Например, когда человек забыл что-то сделать или мучился каким-либо вопросом, подсознание таким образом посылало ему сигналы.

Что же забыла сделать я?

Может, я что-то упустила в своей жизни?..

Я напрягла окончательно проснувшийся мозг и попыталась вспомнить, когда кошмар с огненным существом приснился мне впервые, надеясь в событиях того периода найти необходимую подсказку. Смутное воспоминание замаячило на задворках сознания, и я жадно ухватилась за него, по крупицам восстанавливая давно забытый сон.

После первой внезапной вспышки видения стали накатывать волнами, становясь всё ярче и отчётливее, и я погрузилась в них, как в глубины бездонного омута.

Я сидела в парке.

Небо над головой было ясное, ярко-синее. На деревьях от слабого ветра колыхалась листва. Растительность вокруг имела пронзительно-зелёный цвет: деревья, кустарники, трава на газонах – всё было одного ядовитого оттенка, словно нарисованное неумелым художником. Я читала книгу – толстую, в чёрной обложке, с жёлтыми, потрёпанными страницами.

Она вызывала во мне странные, трепетные чувства. Правда, я давно забыла, что это была за книга.

Потом ко мне подошли какие-то люди.

Пожилая женщина в розовой шляпе присела рядом на витую скамейку. Её лицо стёрлось из памяти, и остался только рот – крепко сомкнутые, тонкие губы, обведённые лучиками морщинок и накрашенные ярко-розовой помадой. Эти пятна цвета фуксии неприятно маячили среди зелёного царства и вызывали раздражение.