Искаженные

Элита города, контраст которой подчеркивал расположенный напротив через Сквозную улицу приземистый и унылый район – Западный Удел, – прозванный Барти Анклавом. Там как будто обитали воры и убийцы, а по ночам практиковались в темной магии (ну конечно нет, но дайте ему помечтать и свизуализировать, он же любит фэнтези и пр.).

Напряжение между двумя районами чувствовалось едва ли не осязательно. Пожалуй, здесь самая враждебная атмосфера. Идя по Сквозной, чувствуешь себя на прицеле у снайперов, и кажущаяся сладкая жизни богатых – военный маскарад для ослабления бдительности, а там, под землей, маршируют солдаты, собираются армии и вовсю строится огромное орудие всеуничтожения.

Ну или нет. Возможно, это все придумано самим Барти. Но в этом месте он обычно ускорялся. Мало ли что.

Чего далеко ходить – вот идет в своем шелковом полуплатье-полукимоно с нежными узорами из листьев и веточек сакуры Нацука Акияма, прозванная Барти Айз Седай. В «Колесе Времени» Роберта Джордана женщины владели Силой (считай – магией), и она видоизменяла их, не давая понять по чертам лица, сколько лет чародейкам.

Так и в случае с Нацукой – поговаривают, что этой нянечке из частного детского сада было в районе 50, но кто всерьез поверит в это, не зная даты ее рождения? Широковатое скуластое лицо без морщин, миниатюрная фигура, легкая походка, черные волосы без намека на седину. И абсолютно юный высокий голос, словно разговариваешь со своей одноклассницей. Барти будто невзначай достал из рюкзака онигири, чтобы оно было на виду. Ему подумалось, что Нацуке будет приятно.

– Добрый вечер! – поздоровался он.

Размашисто идущая японка расплылась в улыбке, отчего ее скулы приподнялись еще больше, а глаз стало ну совсем не видно.

– Датути, датути! – со смешным акцентом сказала она, кланяясь с каждым словом. – Онигиря!

– Да-а, – Барти был доволен произведенным эффектом. – Обожаю!

Ее платье вблизи выглядело прям красиво и дорого – ткань буквально СТРУИЛАСЬ, как ручей, блестела на солнце и… Как мантия, в общем!

– Правирна, парезна!

И она откланялась.

Спешила.

Это Этери-Рич. Или Дворцы, как именует его Барти.

А теперь поворачиваем голову налево.

Западный Удел – место, где, кроме работяг с креветочного завода и не самых зажиточных жителей Баттермилка всегда увидишь кого-то из Марсян! Марсяны (или, по классификации Барти, кобольды) – это семейство армян. Непонятным образом детей Марсян становится все больше и больше, и они просто заполонили район.