Искаженные

Словно хотела прогнать либо их, либо тему разговора.

– Я… Мне в аптеку для папы.

– А что случилось?

Розовый закатный мир очень удачно гармонировал с волосами Лиззи, а вот кожа в вечернем освещении казалась сгоревшей на солнце. Все вокруг погрузилось в малиновую дымку. Длинные тени опутали дороги Баттермилка и фасады домов маскировочными сетями. Чего они не смогли скрыть, так это слез Лиз Уолк.

– Папа наругал меня за то, что я нерационально потратила деньги на продукты. А я всего-то хотела, чтобы на ужин вместо риса были овощи.

Хоть разок!

Крис стиснул зубы. Даже если бы у него имелись с собой деньги, он бы не дал их. Точнее, Лиз ни за что бы не взяла. Надо бы подружиться с ней, чтобы девочка не боялась время от времени захаживать на то же барбекю. Алекс явно не будет против, если к их регулярным посиделкам присоединится Лиз.

– Он съел, но так наорал на меня, что у него разболелась голова! И он… Прогнал… А-а-ап… – расплакалась.

В розовато-оранжевом свете заката ее слезы напоминали икринки.

Лиз покраснела, веснушки стали контрастировать, волосы – словно гуще и насыщеннее. На минуту Крис подумал, что сейчас она перевоплотится в огненную птицу и испепелит его, своего отца и весь Баттермилк.

– Ну перестань, Лиз, перестань, пожалуйста.

Он хотел подойти и успокоить ее. Может, приобнять. Но что-то останавливало. Он не очень умел обращаться с детьми. Майкл вырос и всегда был парнем закрытым, самостоятельным. Что делать ТУТ – непонятно. Он вспомнил ситуацию с Майклом и больным животом.

Да уж, здесь одной только верой не обойтись. Лиз беззвучно рыдала, спрятав лицо в ладонях. Крис стиснул зубы и посмотрел на небо.

– О! Иди сюда, Лиз. Смотри!

Крис Ворин, однако, договорив, сам подошел к ней и присел на корточки. Он таки приобнял ее одной рукой, а другой указал на облака.

– Смотри, Лиз. Видишь это облако?

Всхипывая, девочка покорно посмотрела в том направлении.

Облако напоминало лениво плавающее в океане животное – какое-нибудь млекопитающее с шерстью цвета топленого молока и охристым подбрюшьем и большими легкими, которые медленно вздымались изнутри и опадали.

Оно не было статичным и меняло форму.

– Д-да…

– Наблюдай.

Крис Ворин, не опуская руки, стал водить мягкими круговыми движениями, аккуратными, но уверенными, как какой-нибудь доктор или мастер. Он будто взял смоченный ацетоном платок и втирал в разлитое пятно краски. И что удивительно – пятно и в самом деле стиралось! То есть облако.