Ветер моих фантазий

И то чувство полёта, тот диковинный танец захватили её…

И экскурсовод что-то говорила, долго… и меня тормошили Лерка и Нина, но их всех я тоже не слышала…

Та девушка всё ещё танцевала на замёрзшей реке неведомого города…

Я… я танцевала на льду неведомого города, а надо мной вилась моя подруга-птица…

Её белое тело с чёрными росчерками было как моя одежда – светлая с чёрными росчерками деталей…

Мои руки раскинула в сторону… развевался подол юбки из двух кусков… развевались рукава и мои тёмно-каштановые волосы с рыжеватыми прядями…

Он ушёл – и я никогда более не видела его, но его мир поглотил меня – и вечером того дня я впервые взяла в руки ручку не для того, чтоб делать домашнее задание, а для того, чтобы выпустить на свет мою первую историю…

«Последний влюблённый» – отрывок 2

Ветер, играющий над зелёным морем, развевал длинные, чёрные волосы узкоглазой девушки, полы её платья, разрезанного по бокам, до бедра, светло-сиреневого, чешуйчатого, полупросвечивающего платья, из-под которого виднелись чёрные штаны, обтягивающие худые ноги, да чёрная полоса, обтягивающая грудь, переходящая в обтягивающие узкие, чёрные рукава по локти.

Ветер нагибал два ярких, солнцеобразных цветка с сочными лепестками и толстыми стеблями, растущими на вершине скалы. Красный и жёлтый… она застыла у обрыва над морской бездной, переводя взгляд с красного на жёлтый и обратно.

– Алексантру может понравиться, – девушка внезапно улыбнулась, но тут же посерьёзнела, голову склонив на бок.

 – Хотя этот зануда не замечает красоты! Разве что заметит их запах?..

Носом шумно втянула воздух, подхватываемый ветром и с вершины и доносимый до обрыва огромной скалы, кое-где испещрённой скрюченными соснами, словно последние волосы облысевшего скрюченного старца.

– Сильно пахнут! Точно заметит, когда внезапно в его кабинете появится новый запах! – тонким пальцем смуглым протёрла под нижней губой.

 – А покуда будет искать запись камер, будет взволнован! – радостно потёрла ладошки. – А когда найдёт – то вспомнит обо мне! – виски сердито растёрла с краешками бровей. – В этом же простом вторжении в его покои нет же ничего незаконного?..

И, закатав широкие, полупрозрачные, верхние рукава, наверх полезла. Тонкая кожа царапинами и ссадинами покрылась – но девушка всё лезла выше и выше – а лёгкому тускло-сиреневому платью ничего не стало.