За границами легенд

Надо б понять, что за люди меня подобрали, когда я ушла.

Тихо вздохнула, вспомнив, как бестолково маму проводила. Довершат ли проводы соседи и родня её, если меня случайно увезли далеко?..

– В Тайноземье. О, сбитень! Благодарю!

Напряжённо застыла. В эту приграничную страну Синего края с нашей страны люди особо не ездили. И не потому, что воевали так долго, как со Светопольем и Новодальем. Нет, своя шкура всегда дороже, а чего ожидать от страны, где не только королём признали алхимию, но и «творцы камней» живут на каждом углу, не только не скрываясь, но и опыты свои проводя без смущения, когда им того вздумается! Наши люди туда и не ездят, а если и ездят, то вот не всегда возвращаются живыми.

С Черноречья в Тайноземье часто шастают разве что…

– Вячеслав поручил о книге той разнюхать.

– Какой такой книге? – голос другой, женский, молодой уже.

– Учебник всплыл по магии камней. Автор подписался, но имени его даже самому Вячеславу и Гостибору не известно. И бает такие слова про известные вроде составы и смеси, что волосы дыбом встают и уши в трубочку.

Правда, люди простые нашли, а алхимик, которому поднесли, пытаясь разобраться, что за летопись со странными знаками, ценная али нет, купит ли… он, короче, мало чего запомнил. Но запомнил такое, что на голову поставит любого. А потом книга побыла-побыла, стала темой бесед приграничного града алхимиков да всплыла. И никому не ведомо куда.

У меня струйка пота потекла по спине.

Как говаривали в простом народе, «Проще сразу утопиться, чем с алхимиком дружиться!».

А меня… меня эти полоумные что ли подобрали?!

– Ищут книженцию теперь по Тайноземью, – голос стал приглушённым. – Предполагают, что то остроухие али крылатые потерять могли свой учебник али заметки. Что в приграничных селениях, что в главном граде – все на ушах стоят, алхимики шастают, стражи ищут.

– А ты-то чего ушёл? – спросил первый мужик недовольно.

– А я-то кой-чего подслушал, первого увидевшего опоив. Да вообще, там наших четверо ещё остались, которых… – кажется, он оглянулся и, быть может, на меня даже посмотрел, сплю или нет – и я замерла, торопливо глаза закрыв, чтобы не быть зарезанной за подслушание тайны какой-то государственной.

 – Вяч, в общем, оставил там кого-то из молодых. Но мне всех называть не велено.

– Да я и не удивлён. Вячеслав выгоды не упустит!

Я лежала, притворяясь невидимкой. Сердце сбивалось с ритма, как заподозрила, что лежу, быть может, на телеге среди ядовитой какой-то заразы в мешках.