Тест Тьюринга

А оно откуда? Я ведь задала простой вопрос. Но он вызвал у вас какие-то эмоциональные затруднения. Почему? И что вы все-таки хотели сказать?

Я нарочито глубоко вздохнул, и этим вздохом как ластиком стер карандашные наброски последних фраз и невнятных эмоций, в которых не хотел разбираться.

– Да, Джейн, как вы уже поняли, папу я не любил! Потому что любить было некого. Не было в моей жизни отца. Но вы правы, отчего бы не развеяться и не съездить на его похороны! И кроме того…

Я выделил последнюю фразу голосом и снова задумался: говорить или нет?

– Кроме того, Джейн, мне сообщили, что… – Тут мне в горло неожиданно попала першинка, которая заставила прочистить горло, и я мгновенно подосадовал на эту случайность, которая могла быть истрактована как неслучайная.

В изгибе ее бровей я увидел недоумение. И пояснил:

– Моей матери.

– Погодите, – Джейн изменила позу. – Насколько я понимаю, ваши родители развелись, когда вам было совсем мало лет…

– Шесть.

– И с тех пор отец в вашей жизни практически не появлялся. Поэтому когда вы выросли, а скорее всего и раньше – в период пубертатный, юношеский, то есть где-то на излете школы или сразу после ее окончания вы решили разыскать его и…

– Да. Так и было. Наверное, это обычная история.

– Обычная… – кивнула Джейн. – Разыскали, но отношения не сложились, он не выказал особого интереса и желания к дальнейшим встречам.

– У него уже была другая семья, – сказал я и вдруг поймал себя на том, что эта фраза выглядит, как оправдание, а чего мне хотелось бы в последнюю очередь, так это оправдывать человека, к которому… Которого я сегодня полечу хоронить.

– Погодите. – Джейн протестующе подняла руки, как будто сдаваясь. – Погодите! Это я поняла. У него была уже много-много лет другая семья, возможно, дети…

– Да. Сын.

– …а он завещал похоронить себя вместе с первой женой? – Я впервые за много встреч увидел на ее лице подобие удивления. И сам удивился и растерялся: как я сейчас буду объяснять это ей, если сам не знаю, почему он так поступил? Единственное, что я знаю точно, – именно эта его просьба склонила колеблющиеся весы моей решимости взять билет на рейс «Нью-Йорк – Москва», до отправления которого оставалось около шести часов времени.

Однако Джейн не стала спрашивать, поняв по моему лицу, несшему, видимо, отпечаток недоумения, что ответа я все равно не дам. Нельзя дать то, чего не имеешь.

Но ее лицо изменилось тоже.