Краснознаменный отряд Её Императорского Высочества Великой Княжны Анастасии полка (солдатская сказка)

Консьерж Регер торчал на улице, наблюдая за штукатуром, который выравнивал на фасаде морду льва, однако наносимые им мазки не способствовали красоте настенной пластики.

– Так лучше? – спросил Йозеф у доктора.

– Вне всякого сомнения.

Зеленая филигрань плесени завладевала подножием здания, но её старались не замечать.

– Вам письмо, герр доктор. Вы слышали новости? Фронт приближается. Русским оставаться в Бадене небезопасно. Сейчас все гости уезжают, если только не уехали.

– Благодарю вас за заботу.

Пошлите посыльного отправить телеграмму.

– Если ваша телеграмма по-русски, боюсь, я не смогу ее отправить. Сейчас неспокойно, герр доктор.

– Текст по-немецки. Если угодно, я вам ее прочту.

– Желательно для надежности.

Пустовойт прочел:

– Нахожусь в Германии, едем домой. Прибытие уточню позже. Ваш сын Николай.

Консьерж кивнул и с запиской прошлепал на улицу.

– И еще, мой друг, пошлите кого-нибудь на вокзал, пусть купит билеты до Праги. Я оставлю деньги, – донесся ему вслед голос доктора.

Сверху располагался черный карниз, загаженный птицами. Неожиданно пришла жара, и в доме стало душно, оттого в комнатах распахнули все окна. По улице проносились автомобили и пролетки. Постоянно хлопала дверь. Кто-то поднимался по лестнице.

– Служащий из банка обещал принести деньги, – сказал доктор на случай, если жена проснулась.

Перевод назначался госпоже Пустовойт, поэтому в банке подстраховались: человек из банка явился в пансион засвидетельствовать почтение.

Не поверил доктору? Поди решили, что он карточный шулер? Валерия подписала бумаги в присутствии служащего. Порядок прежде всего, ведь речь шла о крупных денежных средствах.

Теперь она беспокоилась, как поступить с банковскими билетами, считала, что их следует зашить в подкладку пальто. Так что Пустовойту пришлось сменить пальто на легкий плащ, пока Валерия зашивала ему деньги в подкладку. Этого она не могла никому поручить. Во-первых, не доверяла, поэтому отвергла помощь горничной Софии, объяснив, что рукоделие ее успокаивает.

Во-вторых, Валерия происходила из староверов, и в их семье к финансам относились с большим почтением. Не то, что Пустовойт, у которого деньги в руках никогда не задерживались.

Стало слышно, как наверху взвизгнула София, горничная-латышка, она всегда громко хихикала. Еще разговаривая с консьержем, доктор прекрасно слышал всё, что делалось в доме.

Хлопнула дверь, прозвучали шаги. Посетитель ушёл.