Васса

Осторожно выглянул в щель палатки, вокруг лагеря согнувшись, подкрадывались туземцы, через секунду нашему сторожу отрубили голову, а команду, не отошедшую ещё от сна, били и связывали. Я успел только накрыть тебя травой и выбрался из палатки, но ничего не смог бы сделать, так как их было, по меньшей мере, с полсотни человек. Было странным то, что они прихватили ещё и тело. Решил идти по следам, и в удобный момент попробовать спасти своих людей. На очередной стоянке, пока я за ними шёл, они съели сырое тело бедняги.

Как я смог предположить, почему они не взяли голову с собой, так это, чтобы глаза, которые видели убийцу и, запомнили его лицо, не притянули его к себе на тот свет, надеясь, таким образом, не умереть. Когда пришли в селение, они завели команду в сарай. И пока я разрабатывал план и ждал ночи, приехали боевики и увезли всех, причём туземцев тоже. Оставшись один, решил обойти округу и натолкнулся на вас.

Теперь он выглядел немного усталым и задумчивым.

– Если нашу команду сразу не убили, будем надеяться, они будут ещё живы, когда мы их всё – таки найдем, – закончил Авраам.

– Мой господин, говори, что делать? – спросил Ирм.

– Для начала надо осмотреть раны и смазать их, к счастью мазь я не потерял, пока следовал за туземцами – сказал Авраам, осматривая меня – а ты – махнул головой Ирму – сходи с Амиго осмотрись вокруг.

Размотав мои повязки, Авраам каким-то новым взглядом на меня посмотрел и пристально стал вглядываться в моё лицо.

– Раны хорошо заживают, скоро ты станешь красавицей!? – удивленно произнес он, – и кого ты мне напоминаешь? Не подскажешь?

– Медузу горгону! – прорычала я, боясь, что он меня узнает.

Хотя до этого видимо осталось недолго ждать.

– Ты как всегда – учтива, – улыбнулся он. – Теперь, когда раны затянулись, завязывать их больше не надо.

Пока Авраам наносил мазь, я лежала с закрытыми глазами в полуобморочном состоянии. От этих нежнейших прикосновений моё тело размякло, душа «вылетела» и не хотела возвращаться.

Не останавливайся никогда, мысленно молила я, и эта нега казалась вечной. Но как водиться, хорошее быстро заканчивается. И как только он убрал руки с меня, моя душа «вернулась» обратно.

Когда я открыла глаза, его лицо так низко надо мной склонилось, что его губы едва не коснулись моих губ. Дыхание его стало прерывистым, возбуждающим. И от страха, что он сейчас меня поцелует, захлопнула свои ресницы. В ожидании поцелуя, я чуть не заснула.