Горький грильяж

Как же ему хотелось высказать своё возмущение этому авантюристу прямо в его наглую физиономию!

В день приезда графа Вольфсон приказал привести пленницу в его кабинет. Та была ни жива, ни мертва от волнения. Сейчас она увидит отца! И возможно, сегодня последний день её нахождения на корабле!

Когда Флорис вошёл, то даже не взглянул в её сторону. Всё его внимание было обращено на капитана. Сопровождали графа двое слуг-охранников. Судя по их взглядам – оба были начеку. Сам же Анри де Флорис держался весьма уверенно и небрежно, будто приехал на ужин к какому-нибудь знакомому.

– Добрый день, сударь, до меня дошли слухи, что у вас ко мне какое-то дело? – сказал граф.

– Приветствую вас, милостивый государь, – отозвался Эли.

От его безукоризненно вежливого тона повеяло холодом. Капитан лёгким кивком указал на застывшую в стороне Марселлет.

– Как видите, дело действительно важное.

Граф задержал свой взгляд на дочери, а потом снова повернулся к Эли. И прищурился, будто вспоминая, где мог его видеть.

– Мы с вами раньше не встречались? – спросил он.

– Встречались, – кивнул Вольфсон. – Прямо здесь, в Марселе, и встречались.

Неожиданно Флорис, до того глядевший чуть прищурившись, переменился в лице, словно его озарила какая-то догадка. Во все глаза уставился на капитана и словно бы вздрогнул. Отступил назад. Эли, скрестив на груди руки, криво усмехнулся. По реакции графа понял, что тот его узнал.

– Вы изменились, – заметил Флорис, пытаясь совладать с собой.

– Так ведь восемь лет прошло. Дочка вон ваша тоже как повзрослела.

Граф нахмурился и даже будто бы ссутулился.

– И чего же вы от меня хотите? – спросил он.

– Не люблю напоминать людям об их долге, – сказал Эли. – Но вы меня вынудили.

На эти его слова граф дёрнулся, как будто получил удар. И сжал челюсти с такой силой, что Марселлет почти услышала скрип зубов. Но странно, он словно бы испугался. И взгляд его, направленный на Эли, на секунду стал затравленным.

Неожиданно в дверь постучали. В проёме показалась голова одного из помощников капитана.

– Ваше сиятельство… На секундочку…

Эли, недовольный тем, что его отвлекают, всё же вышел. А Флорис тут же воспользовался случаем и шагнул к дочери.

– Как ты могла, Марселина, быть настолько неосторожной? – прошипел ей в лицо граф.