Верхняя Волынь. Кворила. Деревенский детектив

Чёрт, рядом с этим мужчиной она не могла сосредоточиться. Полина закрыла глаза – спокойно. Артём рядом, всё хорошо. Она кожей шеи чувствовала его дыхание, а волоски встали на правой руке, что ближе к нему. Но. Что с пациенткой? … Хвостик мысли пронёсся мимо. Ответ где-то рядом. Полина уткнулась в карту, быстро-быстро пролистала листки. Образ пациентки вырастал перед нею: обычная педагогическая мышь. Зачаточный геморрой из-за сидячей работы, долгое стояние на ногах дало напряжение на вены нижних конечностей, проблемы с голосовыми связками – ларингит дважды в год.

Типичные проблемы педагога, скучные и предсказуемые. Но что-то «не так».

Полина знала это чувство – тонкий зуд, свербящее сверло правды где-то в зубах. Будто она уже знает ответ, он у неё перед глазами, но Полина его упускает. Мысль настойчиво маячила. Интерн-терапевт Гранкина П. В. закрыла глаза.

– Браво! Я знал, что кто-то попадётся на эту уловку. – профессор Тихомиров был в восторге от проделки, – Стоит появиться чему-то диковинному, и посредственности сразу за это хватаются.

Игнатова, вы хороший доктор. Но вы не гений. Берите пример с Варвары, не пытайтесь быть тем, кем не можете. Ваш удел – районная поликлиника, бабушки и сопли.

– Но… – пунцовая Игнатова не привыкла сдаваться.

– Ты не учла период инкубации.

Голос раздался у уха. Варя оглянулась. Отутюженный Артём говорил знающе и очень уверенно. Как не противен он был рыжей пышке, но стоило признать – такому врачу хотелось верить, у него хотелось лечиться.

– При филяриатозе он составляет шесть-семь лет, а она вернулась месяц назад.

Профессор Тихомиров довольно поклонился Исаковскому.

– Может, у вас есть своя версия?

– Ну, – Артём замялся, – думаю действительно не стоит исключать рак. И хрипы в лёгком. Может, это перибронхит?

– Туберкулёз кожи и подкожной жировой клетчатки. Но здесь нет результатов биопсии и анализов кожных покровов.

Голос Полины припечатал интернов. Как по команде, они отскочили от пациентки и плотнее прижали к носу медицинские маски.

Варя спряталась за дверь.

– А это не против правил? Мы же можем заразиться! – возмутилась она.

– Вы – врачи. В жизни будете сталкиваться и не с таким, – отбрил профессор. – Гранкина, обоснуйте.

Полина стушевалась. Двадцать пар глаз смотрели на неё. Не могла же она ошибиться? Артём пихнул в спину.

– Полька, жги.

И она вдохнула поглубже.

– В карте есть результат ФОГ – прикорневая перибронхиальная инфильтрация слева.