Мое тело напротив меня. Конец света по-эльфийски. Том 3

Вполне видимая сфера окутала нас со всех сторон, замыкаясь сверху точно над нашими руками.

– Чудесно! – похвалил Учитель, его голос доносился немного искаженно и глухо из-за очень мощных щитов, скрывавших нас от других. – Попробуйте-ка, друзья мои, его пробить, – тут же внес предложение старый эльф, спеша продемонстрировать все преимущества тандема сильных магов. – Каково?

Я повернулась к однокурсникам, которые вразнобой швырялись заклинаниями (и куда только усталость делась?) в наш щит.

– Зачем завершила? – прошипел Феан, глядя на меня чуть ли не с ненавистью.

– Потому, что больше силы вкладывать не собиралась, – честно ответила я.

– У тебя было еще!

– Исчерпать всю было необязательно.

– Сказали выложиться по максимуму!

– Сказано было продемонстрировать мощь и этого достаточно, – веско сказала я.

– Ты… – начал было эльф, но Учитель прервал его.

– Думаю, этого достаточно. Теперь ни у кого нет вопросов к силе этой юной эльфийки, – сказал он.

«Так он специально эту демонстрацию затеял, чтобы я показала силу.

Чтобы эльфы прониклись, особенно Феан. Чтобы они меня приняли? Боюсь, правда, он просчитался, – поняла я, бросив вскользь взгляд на брюнета. – Кажется, вместо того, чтобы понять, что я сильный маг, он воспринял это как личное оскорбление…»

Пока Учитель что-то пояснял заинтересовавшимся магам, я тихонько отошла к своим друзьям.

– У тебя хорошо получается, – радостно, но по возможности тихо похвалила Эфа, стоило мне только к ней подойти.

– А ты откуда знаешь? – усмехнулась я, намекая на то, что она не видит магию.

– По реакции Учителя Нэйвивэля, – прошептала она, улыбаясь.

– А-а, – поняла я. – А скажи-ка мне лучше, чего ко мне Феан прицепился?

Эфина улыбка потускнела. Я наклонилась к ней, чтобы ей удобнее было говорить.

– Мы с ним оба потомки двух магических родов, причем одних из сильнейших. И нам обоим прочили большую магическую силу. Феанэль, конечно же, хотел быть сильнее, но вскоре стало видно, что это не так.

Единственное, что его утешало – то, что я не могла толком колдовать, а потом и вовсе на мою магию наложили запрет.

– Поня-а-атно, – протянула я, вздыхая.

Я сделала совершенно верные выводы.

– Он хороший парень, просто очень честолюбивый. На него с детства возлагали большие надежды, и он… – затараторила Эфа.

– У тебя все хорошие, – перебила я ее. – А он, похоже, решил, что я теперь его главная соперница, которую во что бы то ни стало надо победить.