Жена Архитектора

Всё лучше, чем в долговой яме, да на выселках в нищете по кабакам пьянь всяку обихаживать. Видела я таких счастливцев из бывших господ! Уж лучше замуж! Хоть за урода. Токмо вот дети коли случатся…

– Дети? – Кассандра повернула к ней мокрое от слёз лицо. – Что ты говоришь такое?!

– Ну а что ж, барышня, – философски заметила Фрося, – дело-то житейское! Мужик – он ведь, что человек, что Артихектор – от бабы ему одного надо! Токмо давеча Митька-кузнец рассказывал. В город ездил с приказчиком. Ну и аккурат на рынке – мальчишка.

То ли беспризорный, то ли просто, но один он был. Митька-то, даром, что твердолобый, аки молот его, а углядел, как малец тот кошелёк-то у купчишки и вытащил! Да токмо не нормальными руками, что на виду у всех держал и размахивал ими даж, а третьей, котора сбоку, вот отсель – Фрося ткнула себя под рёбра, – потихоньку  вылезла, да в купчишкин карман и наведалась.

Кассандра с ужасом смотрела на горничную, которая, как ни в чём ни бывало, продолжала рассказ.

– Вот я и думаю, барышня, вот откель у мальца рука лишняя, ежели его матушка, прости Господи, – она перекрестилась, – с Артихектром не побаловалась? Да кто ж знает, кто и виноват? Нужда ведь…

– Прекрати! – прошептала Кэсси. Она снова отвернулась к окну. Неужели, думала она, неужели всё так плохо? Батюшка в долговой яме и на выселках?! Она сама в кабаке, прислуживающая пьяным мужикам?… Нет! О, Боже, нет!

И тут глаза её расширились от ужаса, когда меж ветвей старого клёна привиделось вдруг бледное нечеловеческое лицо с выпуклыми глазами в окружении множества рук со скрюченными пальцами.

Руки выползали и выползали отовсюду, и в некоторых были зажаты увесистые кошельки…

Кассандра упала в обморок.

*   *   *

Следующим утром вялая и безучастная ко всему, бледная, с тёмными кругами вокруг глаз, княжна позволила Фросе одеть и причесать себя. Та, как обычно стрекотала о всякой ерунде, о солёных грибочках, что ныне удались кухарке Аграфене, да как они хороши с горячей картошечкою, да стопочкой с утреца для придания бодрости.

«Да полноте, барышня, ну что ж так переживать! Может, он ещё и передумает, таракан-то ваш? Усовестится. Вы-то вон какая нежная, да свежая, как утренний цвет!..» – «Уйди, Фрося, добром прошу! Не расстраивай меня куда более!»

От завтрака княжна отказалась, лишь выпила немного молока, что слегка прояснило её сознание, но ни бодрости, ни настроения не прибавило.