Ночь восставших мертвецов

Мастер принес такую куклу…

– Улю? – стал догадываться об окончании сказки Илька.

Сидоров предостерегающе поднял руку:

– Колдун предупредил, что мастеру может не понравиться то, что получится в итоге. Но мастеру очень не хотелось терять любимую дочь навсегда. Колдун попросил у мастера пергамент, наполнил его жизнью девочки и вложил пергамент в куклу. Девочка была слепа, поэтому кукла ожила, но осталась без глаз.

– Без глаз? – повторил Илька.

– Кукла стала жить у мастера, – продолжил свой рассказ Левка.

 – Но она была лишь жалким подобием его дочери. Она была капризна, жестока и постоянно требовала, чтобы ей сделали глаза. Под конец мастер понял, что ошибся. Он попытался вынуть из куклы пергамент, но она не далась и убежала. С тех пор каждые тридцать три года эта кукла появляется среди людей и ищет себе глаза. Лет двести назад куклу вроде бы уничтожили, по крайней мере пергамент пропал. Но тридцать три года назад она появилась опять. И снова стала искать себе глаза. И говорят, скоро найдет.

– Что ты мне тут детские страшилки рассказываешь? – не выдержал Шагунов.

 – Где ты этого бреда наслушался!

– Ты сам не понимаешь, во что лезешь, – с жаром заговорил Левка. – И кукла, и записка оказались у тебя не случайно. Это все она подстроила, Уля. Кукла не будет тебя слушаться, потому что на пергаменте написано не твое глупое «крвыч», а слово, которое еще задолго до тебя написали.

– Какое слово? – пробормотал Илька.

– Какое… – вздохнул Левка. – Кто ж его знает. Найти бы того колдуна и спросить.

Но он уже больше семи столетий, как помер.

– Что же это получается? – Илька почесал затылок, но яснее не стало. – Выходит, меня использовали?

– Ты внимательно пергамент изучал, прежде чем свое слово на нем корябать? – спросил Сидоров.

Шагунов отрицательно мотнул головой.

– Продавец говорил, что слово это там так и осталось, только стерлось сильно.

– А-а-а! – Илька стал кое-что понимать. – То-то она так на меня всегда смотрела… Все про глаза твердила. И ведь, правда, приказы не выполняла.

Эх, заново бы на пергамент посмотреть! Я бы это слово обязательно нашел!

– И что бы тогда сделал? – грустно покачал головой Левка – все-таки Шагунов был неисправим. – Я же тебе говорю – кукла опасна! От нее нужно избавляться, пока она сама от нас не избавилась.

– Как избавляться? – одними губами спросил Шагунов.

– Надо идти в магазин, все рассказывать и просить помощи, – жестко произнес Сидоров. – Продавец говорил, что нас подставили.