Превращение

Оглянись! За тобой никто не гонится. Мы одни.

– А вот и не одни! – поймала я его на слове. Чертовски приятное занятие, но бесполезное. Макс отлично отдает отчет своим словам. Про «одни» он сказал не просто так.

– Еще скажи, что в Уругвае дети умирают от голода.

– А они умирают?

– Тебе принести зеркало?

– Нет!

Всего одна ночь родила во мне несколько фобий – во-первых, оливье (никогда больше не стану его есть), во-вторых, шампанское (ни разу больше не пригублю) и, в-третьих, зеркала. Теперь я всегда буду ждать, что из серебряного небытия ко мне шагнет моя судьба.

Надеюсь, она перестанет принимать образ непонятного старика.

– Макс, – жалобно позвала я. – Скажи, что все будет хорошо.

– Все будет так, как захотим мы. Замечательно будет. Остальное всего лишь декорация к нашей пьесе.

Я была другого мнения, но промолчала. Второй день живу в состоянии постоянной тревоги. Как будто над нашим домиком собирается грозовая туча. Что-то готовится. Где-то кого-то уже убивают.

Боги провели смотр боевым колесницам, бряцает оружие. Интересно, за кого они выступят?

Я стала грызть кусочек сыра, пытаясь прогнать навалившееся раздражение. Что происходит? С чего я нервничаю? Должны начаться месячные? Вроде бы нет. Да и не реагировала я так на это раньше. Разве начало личной жизни может так сильно менять организм, что тебя начинает бесить то, к чему раньше ты была равнодушна? Если я, конечно, не беременна. Но беременной я не была. Или?..

Макс утверждал, что вампиры не оставляют потомства.

И как бы я его ни любила, хорошо помнила, что он не совсем человек. Его форма существования не смерть… Но и не жизнь. От таких, как он, дети не рождаются. Вот когда я ему верну жизнь, тогда посмотрим. А пока…

Нет, тут что-то другое. Видимо, во мне просыпаются новые таланты, подаренные Мельником. Я уже стала лучше видеть. Реакция, конечно, не такая, как у вампиров, но интуитивно я уже многое чувствую, начинаю «считывать» людей, порой удается перехватить ниточки дальнейших отношений, конфликтов, увидеть грядущие болезни.

Например, это место. Когда-то здесь произошло что-то страшное. В воздухе еще нет-нет да слышатся какие-то крики, стоны о помощи. Не зря Лео приехал сюда. Вампиров тянет в такие места.

– Все изменилось, и ты меняйся, – прошептал любимый, гладя меня по щеке. – Учись жить, а не бороться.

Он улыбался. Смотрел на меня прозрачно-голубыми глазами, за которыми пряталась бездна.