Превращение

На секунду появилась мысль, что лучше не спорить, чтобы не расстраивать его, но я тут же ее забыла. Мы любим, а значит, научимся друг друга понимать. И пускай он сейчас смыслит во всем больше моего. Я его догоню. Мы станем с ним равны. Дожевывая сыр, я забралась к Максу на колени.

– Хочешь, чтобы я в Драконе видела Деда Мороза, пришедшего к нам на новогодний праздник? – прошептала я ему в ключицу.

Больше всего мне нравилось его целовать в эту ложбинку с бархатной кожей, чувствовать упругое биение жилки под ней, ощущать прохладу, согревать любимого своим дыханием, чувствуя, как в ответ по моей спине пробирается знакомый озноб, закапывается в волосы, от чего хочется только сильнее прижаться к любимому, испытать на себе вечную неиссякаемую силу вампира…

– Ты мне чем-то напоминаешь Маринку, – оторвал меня от поцелуя любимый.

– Еще скажи – Катрин! – раздосадованно закусила губу.

– Всех перечислила или кого-нибудь забыла?

Макс пересадил меня на стул, явно собираясь снова углубиться в созерцание огня.

Я рассерженно сузила глаза. Во-первых, отошел. Во-вторых, зачем-то стал меня сравнивать с Маринкой. В-третьих…

– Катрин тут ни при чем, – словно что-то вспомнив, произнес Макс. – Все остальные тоже. Уехать сейчас мы не можем. Пообещаю одно: если Сторожев будет тебя сильно допекать, я выставлю его за дверь. Пускай ночует в Мезени. Там есть гостиница. Допивай кофе, у нас есть дело.

Дверца печки захлопнулась.

Я машинально посмотрела в окно.

Солнце садилось. Его равнодушные лучи освещали прощальным блеском снега, отражались от мягких сугробов разноцветной радугой.

– Завтра будет холодно. Начнутся ветра и снегопады. Самое время размяться.

Незаметно для себя я съела чуть ли не весь сыр из пакета. В сочетании с кофе он был чудесен. Первый завтрак в новом году удался. Противная кошка раздражения убралась из моей души. Осталось залечить оставленные ею раны, и жизнь снова наладится.

– Мы пойдем гулять?

– Нет, мы поедем кататься.

 – Макс прошел к двери. – Русской тройки с бубенцами не обещаю. Лошадей будет немножко больше.

– Машина?

Я спешно скручивала пакет, смахивала со стола крошки. Без возможности выбраться отсюда самостоятельно я чувствовала себя в нашем милом романтичном домике немножко пленницей.

– Лучше! Сто пятьдесят четыре лошадиные силы, объем двигателя восемьсот кубиков – снегоход, на котором вчера приехал Сторожев.