Обезьёжик и…

Очень удобно!

Но, что такое дождь, Обезьёжик ещё не знал, да и воду встречал только на листьях: поутру на них скапливалась холодная роса, которой мама заставляла умываться – бр-р… И тут капли с неба просто повалили дружно – как будто душ из росинок.

– Это не душ, а дождь… – сказало, улыбнувшись, облако и растаяло. Ведь оно было из воды, теперь та вылилась, окатила малыша, пальмы, всех, кто не успел спрятаться, долетела до земли и стекла по ней в ближайшую речку.

Крокодил

Хотя мама строго-настрого не позволяла далеко отходить от их пальмы и вообще от обезьяньей стаи, непоседа Обезьёжик нет-нет да и нарушал запрет.

Интересно же. Например, куда после дождя пропали его струйки? Вот юный исследователь и решился сделать в чащу один шаг, другой, третий и постепенно спустился по склону к блестящей полосе, рассекающей джунгли, – реке.

– Ого, сколько воды! – воскликнул Обезьёжик.

– А в ней ещё и купаться можно, – сказало вдруг валяющееся в стороне бревно с глазами.

– Ты – кто? – спросил малыш.

– Я – крокодил, который лежит на берегу и учит других плавать.

– Как это – плавать?

– Плюхаешься в воду и начинаешь загребать её передними лапами под себя, а задними от неё отталкиваться. Попробуй.

Обезьёжик так и сделал, хотя забыл закрыть рот и стал захлёбываться, барахтаясь на поверхности.

– Рот закрой и хвост подними, чтоб я тебя видел! Сейчас подплыву – помогу! – крикнул крокодил.

Детёныш ушёл под волны, и теперь из реки торчал только его хвост.

– Мама! – испуганно завопил Обезьёжик. Но это была не мама.

Питон

Болтаясь вниз головой в воздухе, охваченный страхом Обезьёжик всё же умудрился извернуться и краешком глаза увидеть, что висит возле какого-то гладкого ствола. Явно живого, покрытого чешуйками, коричневыми разводами и наполовину обёрнутого кольцами вокруг толстой ветки дерева.

Вторая половина существа заканчивалась пастью, которая и держала ребёнка, правда, это он разглядел уже по отражению на воде.

– Ой, мама… – снова сказал Обезьёжик, теперь – шёпотом. А потом набрался храбрости и громко потребовал: – Отпусти! Разве можно так вести себя с незнакомыми детьми?

– Утем акомы. Я – итон, мея, – малопонятно ответило чудище, ведь ему мешал зажатый между зубов хвост малыша.

Известно же, что говорить с полным ртом не только неудобно, но даже опасно.