След Виракочи

Итак, в апреле девяностого года, кроме Хаймеса Родригеса, Маркоса Браво и Ивана Хименеса, в университете учились еще пятеро студентов-перуанцев и один боливиец, которые, по мнению Александра, могли быть причастны к убийству Зины: Диего Санчес, Хасим Ридер, Хуан Антонио Гонсалес, Рензо Мавила, Мария Тереза Мартинес и Альваро Ортуньо.

Шесть человек. Девять – вместе с друзьями Александра. Мог ли кто-то из них убить Зину в Москве и продолжать убивать подростков в Перу? Это и следует выяснить в дальнейшем.

Сегодня же надо отправить Маркосу все данные о шести бывших студентах.

У себя в стране ему будет проще найти информацию об этих людях: живы ли они, чем занимаются, что у них за семьи, есть ли дети и так далее. Хорошо бы собрать эти сведения к его приезду в Перу.

Пока Александр дышал архивной пылью, отец – Дмитрий Сергеевич – по просьбе сына искал выход на Семена Михайловича Дикого – следователя прокуратуры, в то время капитана юстиции, который вел дело об убийстве Зины. Старые друзья довольно быстро сообщили: Дикий жив-здоров, ушел на заслуженный отдых восемь лет назад в звании подполковника юстиции.

Тогда следственный комитет при прокуратуре Российской Федерации был преобразован в отдельную структуру, вышел из системы органов прокуратуры, и многие сотрудники ушли на пенсию. Жаль, потому что среди них было немало опытных и знающих офицеров. Дикого характеризовали именно так: грамотный, порядочный, опытный профессионал. Однако же возраст брал свое: Семену Михайловичу за шестьдесят.

Александр созвонился с ним и, сославшись на одного уважаемого человека (спасибо отцу!), договорился о встрече на завтрашнее утро.

А вечер он провел с родителями, чему те были несказанно рады.

И еще он позвонил Катерине.

– Привет, Котенок. А я в Москве.

– Привет, Саша. Наконец-то объявился. Я уже волноваться начала.

– Вот… звоню от родителей.

– Что-то случилось?

– Нет-нет. Просто я у них остановился. Как всегда. Катюша, мне нужно с тобой поговорить.

– Да… – она сказала «да» тихо и напряженно.

 – Слушаю… – и замолчала.

– Понимаешь, мы не сможем полететь в Таиланд.

– Что?

– Я говорю, не получится у нас погреться на солнышке… в этот раз.

– Ой, ты про Таиланд…

– Ну да.

– А я думала, что-то серьезное, – Катя вдруг развеселилась. – Ты меня напугал, Кузнецов. Ты так это сказал… Ну, что тебе нужно со мной поговорить. Я уж подумала… – она замолчала.

– И что ты подумала?

– Неважно, – она смутилась.