Признание Короля-звездочёта

Не секрет, что некоторым людям очень хочется, чтобы именно их жизненная ситуация считалась самой сложной и запутанной, ведь это так хорошо подкрепляет чувство собственной значимости. Но сегодня ученики говорили о своих проблемах шутя, смеялись над тем, как глупо можно выглядеть со стороны.

Танечка, привыкшая плакать по каждому поводу, сочинила про себя целую поэму, начинающуюся строками:

Я за жизнь свою всерьёз

наревела много слёз:

теперь будет, где купаться,

в жаркий полдень поплескаться…

Слушатели так смеялись, что чуть сами от смеха не заплакали.

В середине поэмы даже как-то жаль стало, что Танечка никогда больше не будет плакать и никто уже не увидит её прежнюю. Но весёлая плакса в конце своего выступления всё-таки оставила всем небольшую надежду:

Морю чтоб не обмелеть,

можно иногда реветь!

Неата искренне радовалась за своих единомышленников, за то, что в процессе творчества к ним приходило решение проблем, до сих пор казавшихся неразрешимыми.

Сегодня всех как будто прорвало: каждый стал сам себе психотерапевтом, советчиком, учителем. Говорили открыто и какими-то другими словами: своими, настоящими. В школе уже давно был принят лишь один единственный язык, язык Учителя. Сейчас же, когда давящий авторитет отсутствовал, ученики раскрепостились, так как некому было подражать и нечему было соответствовать.

Один из участников вечера, всегда создававший впечатление тихого и скромного молодого человека, вышел на сцену и громко прочитал сочинённую им сказку, в которой разоблачал миф о самом себе:

В некотором царстве, в некотором государстве жил был царь.

Пафосный на редкость гадёныш был…

Ему долго аплодировали, главным образом за то, что он нашёл в себе смелость вытащить на поверхность свои нелицеприятные стороны. Сам выступающий был абсолютно счастлив: прямо здесь и сейчас отпала необходимость тратить колоссальное количество энергии на то, чтобы прятать внутри себя «пафосного гадёныша».

Дальше шли песни. Под гитару и без неё поющие демонстрировали свои таланты, и каждый рассказывал о том, что хорошим музыкальным слухом обладал всегда, а вот петь боялся. Благодаря практикам, проводившимся в школе, голос буквально проре?зался и стал глубоким и сильным, как у оперных певцов. Такого рода откровениями делились почти все.

Не обошлось и без слов благодарности Учителю. Неата отметила для себя, кто и как это делал. Конечно, его любили.