Собирали злато, да черепками богаты

– Да, в самом деле… – уныло пробормотал Илья Никитич, в очередной раз подумав, что ему никогда не стать таким блестящим сыщиком, как его начальник.

Когда труп вынесли, Романенко прошёл в соседнее купе и, удобно расположившись на мягком сиденье, велел:

– Подать мне сюда свидетелей!

– Да нет почти свидетелей, Василь Васильич, – вздохнул Овчаров.

Василь Васильич подпёр голову ладонью и смерил его усталым взглядом бирюзовых глаз:

– Проводника веди сюда… Хоть что-то же он должен знать!

Через несколько мгновений бледный и дрожащий проводник предстал пред очи Романенко.

– Рассказывайте! – повелительно кивнул ему Василь Васильич.

– Что рассказывать?

– Всё рассказывайте, дражайший, всё, что знаете. Кто ехал в том купе?

– Господин ехал… Ничего себе господин, солидный-с…

– Как выглядел?

– Затрудняюсь описать… Так много пассажиров мелькает, не всматриваюсь я в них-с… Лет сорок, с залысиной-с…

– Ничего в его поведении странного не было?

– Да нет-с… Обычный господин.

– Так, это уже кое-что. Стало быть, ежели не соврал, так он москвич, а в столицу по делам ездил. Жаль.

– Почему жаль? – не понял Овчаров.

– Потому что в противном случае дело это можно было бы адресовать столичной полиции. Нам и своей уголовщины хватает. О цели своей командировки он не говорил? О доме? О семье?

– Никак нет-с…

– И имени, конечно, не называл?

– А к чему бы им имя своё было называть?

– Действительно… Вещи при нём были?

– Да… Саквояж… Небольшой-с.

– Утянули, стало быть, поклажу. Любопытно, что там было… А к какому на вид сословию принадлежал убитый?

– Затрудняюсь сказать… Может быть, коммерсант. Знаете-с, они так бережно несли свой саквояж, что я даже подумал, что у них в нём деньги-с. А ещё… Я только теперь подумал, когда вы спросили-с… Кое-что странное в них было.

– Что же?

– Сказали-с, что возвращаются из командировки. Но люди, которые возвращаются из командировки, сделав дело, бывают как-то раскрепощены, свободны… А этот господин был так сосредоточен, что скорее можно было подумать, что дело ему только предстоит.

– Однако же, он заказал ужин…

– То-то и оно что нет-с!

– Как так? Там ведь явно ужинали, и весьма плотно…

– Вот, в этом и загадка-с! Они велели не беспокоить и не заходить к ним до самой Москвы и ничего не заказывали!

– Интересно, – Романенко пригладил рукой свои тёмные с изредка пробивающейся сединой волосы.